— Не серчай, любезный. — Я хлопнул сердитого дядьку по плечу. — Они тебе помочь хотят, разбойников из леса выгнать. Чтобы вся эта беготня прекратилась раз и навсегда.

— Да неужто? — лесник недоверчиво вскинул брови.

— Точно тебе говорю. Разбойники эти не у тебя одного — у всех уже в печёнках сидят.

Успокаивая лесника, я продолжал смотреть в сторону опушки. Из леса продолжали выходить разогнанные суровым служивым ополченцы, но Зубова среди них не было.

— А где Зубов? — спросил я.

— Он впереди всех бежал, — доложил мужчина лет сорока — если я правильно запомнил, зять Порфирия Ивановича. — Так сказать, в авангарде. Как в лес зашли, так собачка ваша рванула куда-то, а Григорий Николаевич за ней припустил. Те из нас, кто так шибко бегать может, догонять его бросились, а остальные отстали. Начали перекрикиваться. И вот, пожалуйста, — он опасливо кивнул в сторону лесника. — Накликали беду. Стрельба, крики, куда бежать — никто не разберёт… Ты, Михеич, для чего палить-то начал?

— А что мне было делать, — проворчал лесник. — Орёте на весь лес, несётесь как оглашенные! А я здесь для того поставлен, чтобы, значит, не нарушать.

Дефаж стоял чуть поодаль и с интересом прислушивался к перебранке.

Я вздохнул.

«Молодцы ополченцы, нечего сказать. Это сколько ж их там в лесу осталось? Вместе с Зубовым человека четыре, не больше».

«Ничего, управятся», — ухмыльнулся Захребетник.

«Ты уверен? Принцесса ведь магию почуяла!»

«Почуяла, не сомневайся».

«И как же они?»

«Ну, как? Как всегда бывает в схватках с разбойниками. Кто смертью храбрых не погибнет, тот выживет… Миша, да успокойся ты! Ничего с твоим Зубовым не случится. А вот, кстати, и он».

В следующую секунду из леса выбежала Принцесса, а за ней Зубов.

— Миша! — заорал он, увидев меня. — Виктория!

Собравшееся около меня войско загомонило и принялось бросать вверх шапки.

«Какая-то странная виктория, — заметил я, пока Зубов быстрым шагом приближался к нам. — Ни одного пленного не вижу».

«Бывает», — гоготнул Захребетник.

— Нашли разбойников, — с гордостью объявил Зубов.

— И где же они?

— Удрали! — Он беспечно махнул рукой. — Но лагерь мы нашли. Шалаши, землянки — видать, давно там окопались.

— Ничего не понимаю, — нахмурился я. — Разбойники бежали, когда вы накрыли их лагерь?

— Да не-ет же, — Зубов досадливо вздохнул. — Их там вовсе не было. Пусто.

Захребетник ухмыльнулся.

«А я тебе говорил, что никто не пострадает!»

«То есть ты знал, что в лагере никого нет?»

«Конечно».

«А почему не сказал?»

«А чего я буду людей расстраивать? Смотри, как хорошо получилось, — пробежались, воздухом подышали. Собачку выгуляли».