В результате жильцы ближайших домов отделались лёгким испугом, переходящим в икоту. Кое-где выбило стёкла, а на верхушке берёзы орал кот, забравшийся туда со страха. Ну и виновник «взрыва» получил лёгкую контузию, стал косить обоими глазами сразу и лишился бороды.

— На каторгу тебя отправлю! — ругался городовой на дворника. — Мало того что весь околоток напугал, так ещё и господ из Коллегии заставил сюда ехать!

Но тот лишь мычал, разводил руками и мотал головой.

— Бывает, — усмехнулся Колобков. — Если бы бочка на солнце не нагрелась, то, может, и обошлось бы всё. Пожалуй, запишу-ка я этот курьёзный случай.

— Пишете мемуары, Пётр Фаддеевич?

— Да куда мне, — рассмеялся мой коллега. — Так, собираю интересные истории из нашей службы. Может, на пенсии составлю из них книжицу, чтобы повеселить бывших коллег.

— Нет, сначала в больницу отвезу! — продолжал яриться городовой. — Пусть подлечат тебя, дурака, перед каторгой. Слышишь меня? Вот же послала судьба безмозглого!

— Кажется, Пётр Фаддеевич, нам тут делать нечего, — вздохнул я.

Колобков огляделся вокруг, покачал головой и глубокомысленно спросил:

— Погоды стоят нынче просто замечательные, да, Михаил Дмитриевич?

И хитро посмотрел на меня.

— Угу, — кивнул я, понимая, к чему он ведёт.

— Грех будет проводить их в душном кабинете, так ведь?

— Полностью с вами согласен, Пётр Фаддеевич. Предлагаете ещё раз тут всё осмотреть?

— Именно, Михаил! Вдруг мы что-то пропустили? Следы малахириума на бочке, к примеру. А после, раз уж мы тут, зайдём в трактир неподалёку. Там подают чудесные суточные щи, насколько я помню.

— Отличный план, Пётр Фаддеевич. Поддерживаю обеими руками.

Так мы и сделали. С умным видом осмотрели бочку повторно, и Колобок с суровым видом прочитал нотацию дворнику. А я объявил взволнованным жителям, что никакой опасности нет.

Но только мы собрались инспектировать местный трактир на предмет щей, как примчался один из младших служащих управления, взмыленный и нервный.

— Ваше высокоблагородие! — обратился он к Колобкову. — Вас срочно вызывает его превосходительство Иван Карлович Корш.

Обернулся ко мне и, как попугай, повторил ту же фразу.

— Что случилось? — тут же подобрался Колобков.

— Не могу знать, ваше высокоблагородие! Прошу за мной, господа, я прибыл за вами на служебной пролётке.

— Сами доберёмся, — отказался я. — Куда ехать? В управление?

К нашему с Колобком удивлению, адрес оказался на другом конце столицы.

Переглянувшись, мы без слов поняли, что дело серьёзное. Если Корш срочно послал за нами, то без дурной магии и разрушительных последствий там не обошлось. И едва не бегом мы кинулись к моему автомобилю.