— Цаплин, — согласился Корш. И пояснил собравшимся: — Есть у нас в Коллегии, господа, специалист, который, вероятнее всего, сможет разобраться с плетением. Но эту соломинку я оставил бы на самый крайний случай. Своим сотрудникам я доверяю, однако выносить информацию за пределы нашего сообщества не хотелось бы — тем более что мы даже приблизительно не представляем, что это за пакость такая. Быть может, непосвящённым людям о подобных предметах знать вовсе не следует. Да к тому же и время собрания как раз подошло. Мы с Андреем Павловичем и Модестом Петровичем решили сначала сообщить обо всём вам.

— Вы поступили разумно, — прогудел дипломат. — И все мы, разумеется, будем рады помочь.

— Это бесспорно, — согласился хмурый штатский, — рады-то мы будем. Но, откровенно говоря, не понимаю, о какой помощи может идти речь. Я, к примеру, к магии никоим боком не отношусь. Для меня этот ваш нефрит от булыжника в мостовой не отличается. А самые сильные маги среди нас, Трубецкой и Корш, заклинание, или как там его, прочитать не смогли. И коль уж они не смогли…

— Речь идёт не о том, чтобы прочитать заклинание, а о том, чтобы натолкнуть наших товарищей на верную мысль, — пояснил дипломат. — Указать направление, в котором им следует думать. Я, как вы знаете, по магической части тоже слаб, магия — не мой конёк. Однако некоторые предположения у меня имеются. Я бы предположил, что это бомба, господа.

Наступила тишина. Интендант покачал головой.

— Ай, спасибо, Алексей Михайлович! Вот уж удружил.

Дипломат развёл руками:

— Мы здесь не в институте благородных девиц, увы. Как показала практика, распространители нефрита не гнушаются никакими методами. И лично я предпочту предположить самое худшее, чтобы в случае чего быть к этому худшему готовым, нежели отвернуться от очевидного и не принять заранее защитных мер.

— Согласен, — кивнул Корш. — Бомба — это было первое, о чём я подумал. И, как вы знаете, мои люди провели негласный осмотр домов тех из нас, кто не владеет магией. Магов я попросил обследовать свои жилища самостоятельно. Проверка, слава богу, ничего не выявила. Модест Петрович — единственный, кому подбросили нефрит.

— С одной стороны, действительно слава богу, — обронил Трубецкой. — С другой стороны, сей факт вовсе не означает, что имена остальных членов нашего сообщества злоумышленникам не известны. Быть может, наше время ещё просто не пришло.

— Или же это не бомба, — закончил Корш. — И предназначение нефрита — в другом.

Они с Трубецким, не сговариваясь, уставились на контейнер.

— Быть может, это нечто, наносящее вред здоровью? — предположил дипломат. — В отличие от бомбы, не убивает мгновенно, но, к примеру, разрушает лёгкие или постепенно лишает воли? Что скажете, Сергей Сергеевич?