Первым делом я подошёл к телу подмастерья. Улыбка на его лице сменилась бледной маской смерти. Я присел на корточки и закрыл его глаза.

— Отдыхай, — негромко произнёс я, а затем забрал его клинок. — Это тебе уже не пригодится.

Вблизи я мог разглядеть герб на эфесе — скрещённые молоты над горной вершиной. Либо метка кузнеца, либо его рода. Белобрысый на дворянина не походил, но чёрт его знает.

Меч у него был полуторный. Прямой, с тяжёлым навершием. Слегка тяжелее простой солдатской сабли, которой я орудовал, но хорошо сбалансированный. Качественная работа. Я без тени сомнения забрал у подмастерья ножны и прицепил их к поясу, затем убрал в них клинок.

Далее наёмники. Я методично обыскивал карманы, отстёгивал оружие и кошельки. Деньги я особо не считал, просто ссыпал всё найденное в один кожаный мешочек, снятый с убитого. Монеты приятно позвякивали.

— Ух ты, — удивленно выдохнул я, когда нашел среди безделушек небольшую золотую монетку.

Она мне точно пригодится.

Следом я перешёл к броне. С себя я сбросил накидку и уже принялся стягивать рубашку, а затем замер — в голову пришла интересная идея. Я взглянул на небольшой кратер в земле, оставшийся от заклинания, и увидел там обожжённые тела. Я поднял накидку, вручённую мне Емельяном, подошёл к яме и накрыл ей одно из тел.

Затем подумал ещё раз и подпалил края накидки черными искрами ауры. Пришлось правда потрудиться, и ещё забросать накидку землёй.

Вряд ли этот детский трюк кого-то обманет, но пусть хоть какое-то время потратят на опознание этого обгорелого трупа. Любой день без погони — уже победа. И ещё не стоит забывать о Марфе, подосланной убийце.

С наемников я снял наручи, кожаный доспех и теплый, хоть и потрепанный дорожный плащ из грубой шерсти.

В итоге я собрал неплохое количество трофеев. Главное — у меня была тёплая одежда и толковый клинок. Всё остальное я могу добыть своими силами.

— Эй, однорукий! — крикнул я, не оборачиваясь. — Не сиди без дела и найди себе сапоги и доспех.

Олаф не ответил, но через мгновение я услышал его тяжёлые шаги. Он молча принялся за работу — без моего рвения, но с методичной эффективностью.

Я же оторвал кусок ткани, ссыпал туда часть блестящих монет и отдал их Олафу.

— Если мы в одном отряде, — проговорил я так, чтобы он понял, — то трофеи делим, как положено.

Однорукий хмыкнул, но спорить не стал.

Я же порылся в седельных сумках у пары лошадей и в итоге на руках имел походный медицинский набор, откуда пахло травами и спиртом. Внутри лежала склянка с мутной жидкостью, немного бинтов, пара пузырьков с чёрным и синим порошком. И всё это, естественно, полетело в мой походный мешок. Ещё был сухой паёк: чёрствые сухари, вяленое мясо, лук и фляга с водой, почти полная. Всё пригодится.