Я лишь пожал плечами. Никаких техник по сокрытию ауры я не знал, мне в своё время они и даром были не нужны. Тогда я не видел причин скрывать свою силу. Зато сейчас я с интересом поглядывал на Олафа, чья аура была надёжно скрыта где-то внутри. Я бы никогда не догадался, что он ратник, если бы он не применил ауру этой ночью.

— Ладно, научу, — проворчал Олаф, тяжело вздыхая. — Да и с твоим стилем боя нужно что-то делать. Смотр-то ты пройдёшь, а вот дальше тебе придётся столкнуться с настоящими монстрами. Как в ордене, так и за его пределами.

— Тогда уговор такой, — подытожил я. — Твои секреты — только твои. Я в них не лезу. А ты в мои.

Олаф кивнул.

— Слово ратника.

— Слово, — ответил я.

На этом наш разговор был окончен. Я отправился спать первым, поэтому прохладное утро встречал с удовольствием. Лес стоял в молочной дымке, каждый звук, будь то щебет птиц или потрескивание веток под копытами наших коней, казался приглушённым и отдалённым.

Я знал: после вчерашней ночи тишина была обманчивой. Мы быстро собрались и вскоре продолжили свой путь. Олаф ехал чуть впереди, как и вчера. Я же внимательно оглядывал повороты тропы и тени деревьев.

Олаф, казалось, читал мои мысли.

— Расслабься, — бросил он, не оборачиваясь. — Днём кошмары не появляются.

Я лишь хмыкнул в ответ. Солнце пробивалось сквозь ветви деревьев и понемногу разгоняло туман. Но даже в обычном и пока мирном лесу было достаточно опасностей и без всяких кошмаров.

Вскоре мы выехали к развилке, а к полудню на фоне высоких заснеженных гор показались первые домишки. Несколько десятков крепких, но пошарпанных изб, явно уже переживших свои лучшие годы. Кое-где шёл дымок из труб, а у загона виднелись редкие фигурки людей.

Вот только мирная картина была лишь на первый взгляд. Едва мы приблизились, как из-за крайних домов появились люди: два десятка мужиков, вооружённых косами и топорами, да пара женщин с тяжёлыми палками. Они выстроились в неровную шеренгу, перекрывая нам дорогу. Их лица были не просто настороженными, они были измождёнными и озлобленными.

— Это ещё что такое? — негромко спросил я Олафа.

Но тот лишь дёрнул плечом. Из толпы вышел старик с посохом. Его борода была полностью седой, а волосы жидкими.

— Что надо⁈ — крикнул он, его голос был крепким и сильным. — Добра вам тут нет, ироды проклятые! Уходите, пока целы!

Олаф осадил коня. Я медленно подъехал вперёд, примирительно подняв ладонь.

— Мы едем с миром. Ищем ночлега и корма лошадям. Мы не враги.

— Как же не враги! — крикнул один из мужиков, сжимая топор. — То банда наёмников приходит и всё до крошки забирает, то твари по ночам воют. Скоту покоя нет. Убирайтесь!