— Этот мой! — гортанный рёв, больше похожий на звериный, чем человеческий, вырвался из его глотки

Даже не дожидаясь ответа от подельников, медный ратник ринулся вперёд, медленно ускоряясь.

— Прикройте меня! — коротко приказал я.

Иван и Ярослава тут же встали плечом к плечу, отсекая меня от остальных бандитов. Соловьёв мог дать им преимущество на дистанции. Их битва продолжалась, но теперь у них была единственная цель — дать мне время.

Медный ратник оказался вплотную намного быстрее, чем я ожидал, и его первый удар был простым и мощным. Огромный двуручный меч, обёрнутый медным сиянием, рухнул прямо на меня. Я едва успел отскочить за перевёрнутую в хаосе повозку.

Вот только деревянные борта не стали преградой для ратника. Тяжёлый меч превратил повозку в щепки. Я откатился в сторону, щека вспыхнула болью от деревянной стружки.

Атаман же не останавливался. Он шёл на меня тяжело и неумолимо. Никто другой из моего отряда его не интересовал, бешеные глаза видели лишь единственную цель — меня.

Я сместился в сторону по дуге, огибая двор и ловко перепрыгнул скамейку. Главный дом оказался сбоку. Атаман бездумно пнул деревянную скамью, сломав её напополам. Вдруг между нами вскочил один из его пьяных подручных. Атаман, не задумываясь, отшвырнул его взмахом кулака в сторону, как надоедливую муху. Бандит с хрустом ударился об деревянную стену и затих.

Выбор у меня был невелик. Использовать чёрную ауру на полную значило не иметь возможности вернуться в орден. Вот только что-то подсказывало мне, что совсем без неё меня просто сомнут.

Я распалил ауру внутри. Мышцы натянулись как струны, мир вокруг стал чуть чётче и медленнее. Я видел кровавые подтёки в глазах атамана, слышал его хриплое дыхание и бешеное биение сердца, чувствовал потоки ауры, исходящие от него.

Если я не мог пробить медную защиту атамана, то мне всего лишь нужно было вымотать его. Непобедимых ратников не существует.

Но это могло оказаться сложной задачей. Атаман рубанул тяжёлым мечом, как дровосек. Я едва успел отстраниться. Меч просвистел прямо перед моим носом и вспорол землю, с чавканьем подбросив в воздух комья земли.

Атаки атамана были чудовищными по силе, но предсказуемыми. Я даже не пытался парировать, просто уклонялся. Меч атамана вновь занёсся надо мной. На этот раз я сделал выпад, но мой клинок лишь скользнул по кольчуге врага и оставил царапину на потускневшей меди.

Я искал что угодно: сочленение доспеха, незащищённый участок, хоть какую-нибудь слабость.

Двуручный меч с силой опустился вниз и медная аура на миг моргнула, усиливая атаку. Я задержался чуть дольше, из-за этого удар срезал часть наплечника и обожгла плечо.