И вот что ему оставалось делать? Голова раскалывалась; но Первая побежала, и Тао понёсся за ней. Мимо вычурных деревянных лотков, на которых лежало свежее мясо, и он не был уверен, что оно принадлежало животным. Первая схватила яблоко и бросила его в Тао, и он врезался в какого-то великана, пытаясь увернуться. Справа на него рыкнули, слева толкнули, кто-то захохотал, а он, вырвавшись, продолжал бежать по старой мостовой, молясь, чтобы цепь не слетела с руки. Блики плясали от разноцветных фонариков, небо скрылось за тяжёлыми облаками. Первая не давала себя поймать, проваливаясь в тени, стоило Тао догнать её. Боль и жажда отступали, а погоня медленно пробуждала что-то странное и дикое. Это и есть охота?

Чем ближе была Первая, и чем чаще Тао не мог её поймать, – тем больше распалялся азарт, смешиваясь с диким запахом пряностей, сумраком и дрожащим светом огней. Вот сейчас! Сейчас! Он схватит её, обязательно. Не успеет Первая спрятаться в своих тенях. Мимо мелькали когти и клыки, воздух дрожал, лица асур смешивались, а их маски трескались на глазах. То тут, то там краем глаза Тао видел прорезающие кожу рога, чешуйчатые наросты, вертикальные зрачки и скалящиеся пасти. Но его никто не трогал, за погоней следили сотни глаз, и он совершенно точно слышал смех. Только совсем не презрительный.

Первая мелькнула прямо перед носом и вдруг подставила подножку, заставляя врезаться в парапет у реки.

– Ты проиграл!

– Небо…

– Скоро будет твоё Небо, топчется уже под стенами, копытами бьёт: подмога летит, приказы ждёт, а начальство всё не торопится. Давай не как в прошлый раз. Просто спустись и выпей воды. – Первая села рядом, свесив ножки. – Забавно. А ты азартный.

– Неправда.

– Правда-правда. Ты даже зарычал немного, пока бежал. Звучало, конечно, как мяуканье котёнка, но… Это хороший знак.

– Вот уж сомневаюсь. – Тао отдышался и перемахнул через парапет к воде, вновь вспомнив о том, как чертовски хочется пить. – Подожди… В смысле под стенами?

Но Первая ему ничего не ответила.

* * *

Так прошла неделя. А затем ещё. И ещё. Удивительное время, за которое Тао даже немного привык к Сораану. Его действительно никто не трогал. Тао смирился с необходимостью убираться в доме Цена и даже постарался как-то обустроить заброшенное жилище. Второй Старший появлялся так же внезапно, как и исчезал, не особенно желая посвящать Тао в свои дела. Пару раз Цен действительно наступал на Тао, пока тот не перетащил найденный им соломенный матрас в самый дальний угол. Вечером Цен жарил мясо, и оказалось, что делает он это умопомрачительно. Они играли в кости, потому что Цен не любил игры, в которых нужна стратегия, и Тао это понравилось.