Капитан шагнул ко мне. Он был выше меня, жилы его сделались тугими от тяжкого труда. Я подумала… о чем же? Что все это нелепо. И произойдет нечто другое. Что я сама выпила слишком много вина и все эти страхи мне только мерещатся. Что придет мой отец. Отец! Я не хотела выглядеть глупо, устраивать шум на пустом месте. Я уже слышала, как потом станет говорить обо мне Гермес.Она всегда была истеричкой.

Капитан подошел совсем близко. Я ощущала жар его тела. Видела изрытое, растрескавшееся, как русло высохшей реки, лицо. Я все думала, он скажет что-нибудь обыкновенное – поблагодарит, задаст вопрос. Где-то там, у себя во дворце, смеялась моя сестрица.Всю жизнь была покорной – жалей теперь. Да, отец, да, отец… Гляди, к чему это привело.

Мой язык коснулся губ.

– Что-нибудь…

Мужчина толкнул меня к стене. Голова моя ударилась о шероховатый камень, и комната заискрилась. Я открыла рот, чтоб выкрикнуть заклинание, но он стиснул мне горло предплечьем, и звук заглох. Я не могла говорить. Не могла дышать. Пробовала отбиться, но он оказался сильнее, чем думалось, или я оказалась слабее. Его внезапная тяжесть ошеломила меня, его сальное тело, трущееся о мое. Разум все еще цеплялся за что-то, все не верил. Правой рукой, умелым движением, мужчина разорвал мою одежду. Левой продолжал, навалившись всем телом, сдавливать мне горло. Хоть я сказала, что на острове никого, он знал: лучше не искушать судьбу. А может, просто не любил криков.

Не знаю, что делали остальные. Смотрели, наверное. Будь там моя львица, разодрала бы когтями дверь, но она обратилась в пепел и развеялась по ветру. Снаружи визжали свиньи. Я помню, о чем думала, пока мое голое тело истиралось о камень: в конце концов, я всего лишь нимфа, а для нас это самое что ни на есть обычное дело.

Смертная лишилась бы чувств, но я все время оставалась в сознании. Наконец мужчина задрожал и ослабил хватку. Шея моя вмялась внутрь, как трухлявое полено. Казалось, я не могу пошевелиться. Капля пота упала с его волос на мою обнаженную грудь и покатилась вниз. Тут я начала понимать, о чем говорят его люди, стоящие позади. “Она умерла?” – спросил один. Надеюсь, нет, теперь ведь моя очередь. За плечом капитана маячило чье-то лицо. Глаза у нее открыты.

Капитан отошел и сплюнул на пол. Студенистый комок задрожал, упав на камни. А капля пота все катилась, прокладывая липкую борозду. Во дворе завизжала свиноматка. Я судорожно сглотнула. В горле щелкнуло. И внутри меня образовалось пространство. Усыпляющее заклинание, которое я хотела произнести, исчезло, выдохлось, я не смогла бы его наложить, даже если б хотела. Но я и не хотела. Я подняла глаза к его изрытому лицу. У тех трав было и другое применение, мне известное. Сделав вдох, я сказала свое слово.