Вечером я сидела на крыльце своей несостоявшейся цветочной лавки. В руках я вертела пирожок с капустой, купленный у Лоры. Аппетита не было. Солнце скатывалось за горизонт, окрашивая небо в грустные оттенки розового и оранжевого. Мое настроение падало вместе с ним. Все мои планы, все мои мечты о «Саде Вайды» разбивались о суровую реальность в лице жадного Огри и увядших роз.

Как на зло, именно в этот момент из своей книжной лавки вышел Кай. Он окинул улицу своим привычным, холодным взглядом, который скользнул и по мне, сидящей на ступеньке с поникшим видом и несчастным пирожком в руке. Его лицо не выразило ничего. Он просто принялся закрывать тяжелую дверь, повернув в замке массивный ключ.

Я смотрела на него, чувствуя себя полной неудачницей. Вот он, успешный (я предполагала) предприниматель, владелец недвижимости, пусть и книжной, а я – жалкая девица, чей бизнес умер, не успев родиться.

Кай уверенным шагом направился вверх по улице, видимо, по своим вечерним делам. Я уже приготовилась к тому, что он пройдет мимо, даже не удостоив меня взгляда, как вдруг он остановился. Прямо около меня.

Я замерла, сжимая в пальцах пирожок. Он медленно повернулся и посмотрел на меня. Его серые глаза в вечернем свете казались не такими холодными, скорее… оценивающими.

- Полагаю, ваш энтузиазм поугас вместе с дневным светом, – произнес он наконец. Его голос по-прежнему был лишен тепла, но в нем не было и привычной язвительности. Это было просто констатацией факта.

Я была так поражена самим фактом его обращения ко мне, что не нашлась что ответить. Я просто смотрела на него, чувствуя, как краска стыда заливает мои щеки. Он видел меня во всей моей деловой немощности.

- Поставщики, – выдохнула я наконец, глядя на свой пирожок. – Цены… Качество… Все пропало.

Он помолчал, его взгляд скользнул по моей чистой, но пустой лавке, по только что выкрашенным стенам.

- Огри, – сказал он, и в этом одном слове было столько понимания, что я вздрогнула.

- Вы… вы знаете его?

- Весь город, чей бизнес хоть как-то связан с чем-то растущим, знает Огри, – ответил он сухо. – Он – монополист. И пользуется этим положением. Как и положено недалекому человеку, внезапно получившему власть.

В его словах прозвучала такая глубокая, спокойная убежденность, что мне стало немного легче. Я была не одинока в своей оценке этого человека.

- Так что же делать? – спросила я, и в моем голосе прозвучала непрошенная надежда.

Он снова посмотрел на меня. Долгим, пронизывающим взглядом, будто пытаясь разгадать загадку.

- Есть два пути, – сказал он наконец. – Первый – смириться и играть по его правилам, продавая умирающие цветы втридорога тем, кто может позволить себе такую роскошь. Второй… – он сделал паузу, – найти обходной путь. Но для этого нужны либо связи, которых у вас нет, либо знания, которых у вас, как я полагаю, тоже пока недостаточно.