- Он твой брат, – прошептала я, уткнувшись лицом в его плечо. – Он что, специально…?
- Да, – коротко ответил Кай. – Это классический ход моего отца. Подослать Джулиана, чтобы проверить тебя на «профпригодность». Убедиться, что ты – охотница за состоянием, которая сбежит при первой же возможности с кем-то более молодым, богатым и не обремененным моим «бунтарским» прошлым.
- Но почему он был так настойчив? – спросила я, отстраняясь и смотря ему в лицо. – Это же было… пугающе.
Кай вздохнул, его лицо снова стало серьезным.
- Потому что ты ему понравилась. По-настоящему. И это делает ситуацию еще хуже. Теперь для отца ты не просто угроза моей «независимости», ты – желанный приз, который ускользает из рук его любимого сына. Он не оставит это просто так.
Мы стояли в центре лавки, среди цветов, и снаружи, сквозь окно, на нас падал холодный зимний свет. Буря миновала, но я знала – это была лишь передышка. Настоящая буря, буря интриг, предрассудков и старой вражды, только начиналась. Но сейчас, в его объятиях, я была готова встретить ее. Потому что наконец-то мы снова были вместе. И никакой Лиан, никакой герцог-отец не могли отнять у меня это чувство – чувство дома, который я, наконец, обрела.
Глава 27
Последующие дни принесли долгожданную оттепель не только за окном, где на крышах начал таять снег, обнажая темный сланец, сугробы на улицах осели, став рыхлыми и зернистыми, но и в отношениях между мной и Каем. Инцидент с Лианом словно встряхнул его, заставив отбросить в сторону сомнения и обиды. Он больше не держал дистанцию. Его прикосновения снова стали уверенными, взгляд – открытым, а в наших вечерних беседах исчезла та тягостная пауза, что висела между нами прежде.
Он проводил у меня почти все свободное время, помогая с мелкими делами по лавке или просто читая вслух какую-нибудь книгу, пока я возилась с растениями. Однажды он притащил старый, потрепанный эскизный альбом и карандаши.
- Тебе нужно начать планировать свой сад, – заявил он, усаживаясь за стол. – Не в голове, а на бумаге. Так нагляднее.
Мы с ним, склонившись над листом, как два заговорщика, вырисовывали будущие грядки, дорожки, место для теплицы. Он оказался на удивление талантливым рисовальщиком с точным глазомером. Его эскизы были не просто чертежами, а почти произведениями искусства, где каждый будущий куст розы был прорисован с ботанической точностью. В процессе мы спорили, смеялись, и я ловила себя на том, что впервые за долгое время чувствую себя по-настоящему легко и счастливо.
Именно в один из таких вечеров, когда мы сидели на полу перед камином, разложив вокруг себя эскизы, а за окном таял снег, я наконец-то собралась с духом. Комфортная тишина, тепло огня и его близость дали мне ту самую опору, которой мне не хватало.