С первыми лучами солнца я наконец поднялась с постели. Ноги подкашивались, но я заставила себя спуститься в лавку. Воздух внутри пахн пылью, страхом и едва уловимым, сладковатым душком той самой горючей смеси, которую намеревались использовать поджигатели.

- Сегодня лавку не откроем, – тихо сказал Кай, следуя за мной. Его лицо было осунувшимся, под глазами залегли темные тени.

Я кивнула, глядя на цветы. Они казались такими беззащитными, такими хрупкими. Мои зеленые дети. Кто-то хотел обратить их в пепел.

- Нужно убрать это, – я показала на плющ. – И… проветрить.

Кай молча взял садовые ножницы и осторожно, почти с почтением, начал освобождать дверь от живых пут. Побеги сопротивлялись неохотно, словно понимая, что опасность миновала. Когда дверь наконец открылась, в лавку хлынул поток холодного утреннего воздуха, смешиваясь с запахами ночного кошмара.

Пока я занималась уборкой, вытирая пыль и сметая опавшие с плюща листья, Кай вышел и вскоре вернулся со свежими булками и новостями.

- Слухи уже разносятся по городу, – сообщил он, разламывая хлеб. – Версия о «ценных документах» сработала. Теперь все уверены, что твой отец пытался уничтожить компрометирующие его бумаги. Задержание стражей на месте преступления лишь подлило масла в огонь. Общественное мнение начинает поворачиваться против него.

Я слушала, с трудом пережевывая казавшийся безвкусным хлеб. Общественное мнение? Это казалось такой эфемерной, ненадежной защитой против человека, готового на поджог.

- Это его не остановит, Кай, – прошептала я. – Он просто станет изощреннее.

- Знаю, – он тяжело вздохнул. – Но теперь у нас есть официальный протокол, заявление, написанное в городскую стражу. Следующая атака будет выглядеть еще более подозрительной. Это связывает ему руки. По крайней мере, на время.

Внезапно в дверном проеме, свободном от плюща, возникла знакомая фигура. Лора стояла на пороге, ее обычно румяное лицо было бледным, а глаза – огромными от ужаса.

- Вайда! – она влетела внутрь и, не говоря ни слова, схватила меня в объятия. – Я только что узнала! Господи, здесь пытались устроить пожар?! Все в порядке? Ты не пострадала?

Ее искренняя паника и забота растопили часть льда внутри меня. Я похлопала ее по спине, пытаясь успокоить.

- Все в порядке, Лора. Я цела. Лавка тоже.

- Это он, да? – прошептала она, отстраняясь и глядя на меня полными слез глазенками. – Твой отец? Я слышала, люди говорят…

Так сарафанное радио работало быстро. Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова.

- Негодяй! – вспыхнула Лора с неожиданной яростью. – Как он смеет! Ты же его дочь! Я… я всем расскажу, какой он подлец! Всем покупателям! Пусть весь город знает!