— О-о-о! — хором заорал берег.

А потом в одном эпизоде выдал вообще праздник. Подача пошла чуть назад, он подстроился, подпрыгнул и ударил ножницами в прыжке. Не цирк ради цирка, а чисто, резко, красиво.

Гол.

Пацаны попадали на песок от восторга.

— Умеет, — важно сказала Маша, будто сама лично его этому учила.

— Иногда, — скромно ответил Дан.

— Скромность опять отстала? — спросила Оля.

— Она не умеет по песку.

Смеялись все. Играли, бегали, падали, вставали, спорили, кто кого держал и кто кому пас не отдал. Пляж жил, море рядом дышало, солнце садилось понемногу ниже, а день уже был такой, что его хотелось не запомнить, а сохранить целиком.

* * *

К вечеру пляжный футбол естественным образом сменился островной второй религией.

Мотоциклами.

Здесь так и жили — рыба, мотоциклы, футбол, море и немного охоты. В разной последовательности, но с тем же смыслом.

Сначала послышался характерный треск, потом на дороге показались они — целая кавалькада. «Восходы», «Мински», и даже одна «Ява», на которую хозяин наверняка смотрел как на зарубежный дипломатический корпус. Парни примчались, затормозили рядом, слезли с важным видом людей, которые сейчас покажут, что остров — не только пляж и сети.

— Дан! Сгоняем до пристани? — крикнул один.

Дан усмехнулся.

— Сгоняем.

Они пошли к причалу, а там и началось настоящее представление.

С яхты он выкатил принайтованный мотоцикл.

Японский круизер. Большой. Хищный. Тот самый. Его родной. Культовый. Весь Баку его уже знал, теперь настала очередь острова.

У местных вытянулись лица.

— Ты что, его с собой возишь? — выдохнул кто-то.

— А как же, — невинно ответил Дан. — Не пешком же по Европе ездить.

— Гелик не влез, — пояснила Наташа с совершенно серьезным видом.

Парни зависли на секунду, переваривая масштаб жизни, в которой можно между делом сказать фразу «гелик не влез».

— Его уже отправили… ну, во Францию, короче, — добавил Дан.

— Во дает, — уважительно сказал хозяин «Явы».

Круизер завелся густо, красиво, уверенно. Не тарахтел — разговаривал басом. Даже те, кто секунду назад пытался держать островную невозмутимость, теперь смотрели на него как на пришельца из особенно удачной цивилизации.

— Ну что, — сказал Дан, — прокатимся.

Вопрос был только один: кто поедет с ним.

Жребий — великая демократическая процедура, особенно когда рядом пять девушек и один очень желанный мотоцикл. После недолгих споров и легкого шулерства со стороны Маши, которое было раскрыто и осмеяно, выиграли Маша и Оля.

Рыже-белое чудо устроилось у него за спиной так, будто именно для этого и родилось.

— Я победила честно, — заявила Маша.