— Видел?

— Видел. Контракт готовим.

— Во Францию?

— Сначала в наш пляжный «Олимпик Волга».

Смех смехом, а счет уже жил своей жизнью. 4:3 в пользу девушек. Потом Дан сравнял — красиво, с коротким ложным движением и ударом в дальний угол, после которого Маша схватилась за голову и театрально упала на песок.

— Ненавижу талантливых людей, — объявила она.

— Поздно, — сказал Дан. — Вы уже со мной связались.

В концовке началось уже настоящее веселье. Все были в песке, раскрасневшиеся, довольные и упрямые. Дан мог бы, наверное, дожать силой, скоростью, резкостью. Но он уже больше любовался ими, чем играл на уничтожение.

И его за это наказали.

Решающий мяч забила Наташа. После суматохи, рикошета, крика Маши «бей!», промаха Лены мимо мяча, который оказался ложным замахом, и общего хаоса, из которого вдруг родился точный удар.

5:4.

Секунда тишины.

И потом — победный визг такой силы, что, возможно, на другом берегу кто-то решил, будто там высадился очень счастливый десант.

Девушки повалились друг на друга, обнимаясь и смеясь. Маша прыгнула на месте и ткнула в Дана пальцем:

— Все! Историческая победа! Зафиксировано!

— Требую пересмотра, — сказал он, тяжело дыша, но совершенно довольный.

— Не будет, — отрезала Оля.

— Судья куплен, — добавила Наташа.

— Чем? — спросил Дан.

— Твоим же арбузом.

Он смотрел на них и только качал головой.

Красивые, веселые, разгоряченные, в песке, в купальниках, счастливые — его команда, его беда, его радость. Проиграть такой компании было почти приятно.

— Ладно, — сказал он. — Но в протоколе прошу отметить, что я пал жертвой организованного заговора и отвлекающих факторов.

— Конечно, — сказала Лена. — Главный отвлекающий фактор тут твоя самоуверенность.

— И наши ноги, — невинно добавила Маша.

— И это тоже, — честно признал Дан.

Они еще долго не расходились. Пили воду, лежали на песке, спорили о спорных эпизодах, заново проигрывали решающий момент, обвиняли друг друга в несуществующих нарушениях. Дан смеялся, слушая, как Наташа всерьез доказывает, что победа была «тактически неизбежна».

— У вас какая тактика была? — спросил он.

— Очень сложная.

— Какая?

— Бегать, орать и не давать тебе жить спокойно.

— Надо признать, рабочая схема, — сказал он.

Потом Маша вдруг повернулась на живот, подперла подбородок ладонями и спросила:

— А если бы это был не пляж, а нормальное поле, мы бы тебе вообще сколько проиграли?

— Вам или вместе?

— Нам вместе, конечно.

Он подумал для вида.

— Если честно?

— Ну.

— Если бы вы так же орали, отвлекали и радовались каждому отбору — не очень много.

— Слышали? — победно сказала Наташа. — Он признал нашу силу.