Он провёл рукой по моим волосам — неспешно, задумчиво.

— Но невозможное мы уже делали. Ты разбудила меня из стазиса, хотя это считалось невыполнимым. Мы освободили Вейлана. Нашли провидицу на краю галактики.

Пальцы коснулись моей щеки.

— Если есть хоть один шанс из тысячи — мы его используем. Найдём способ. Вытащим твою сестру. Или умрём, пытаясь.

— Не хочу, чтобы ты умер, — прошептала я.

— И я не хочу, чтобы ты умерла, — он наклонился, прижался лбом к моему. — Поэтому будем очень, очень осторожны. Разведка. Планирование. Никаких героических глупостей и прямых штурмов.

— Звучит скучно для бога войны.

Усмешка мелькнула на губах.

— Боги войны становятся легендами не потому, что лезут в каждую битву напролом. А потому, что выбирают битвы, которые могут выиграть. И находят слабости там, где другие видят только силу.

Он поцеловал меня — мягко, медленно, совсем не похоже на ту яростную страсть час назад.

— Найдём слабость дворца, — пробормотал он против моих губ. — Проникнем. Заберём Лиану. И исчезнем прежде, чем Терион поймёт, что произошло.

— Так просто, да?

— Нет, — он откинулся, глядя на меня серьёзно. — Совсем не просто. Будет опасно. Может, смертельно опасно. Но другого выбора нет.

Он замолчал, и через узы я почувствовала волну — не уверенность.

Страх.

Он боялся.

Не за себя. За меня.

За то, что может не уберечь. Что обещание «после миссии» так и не исполнится.

Я прижалась к нему крепче, обхватив руками

— Спасибо, — прошептала я в его грудь. — За то, что не бросил. За то, что остался. За то, что идёшь со мной до конца.

Его рука легла на мою спину, поглаживая неспешно.

— Куда я денусь? — голос был с усмешкой. — Узы связали нас намертво. Если ты умрёшь, я следом. Приходится держать тебя в живых из чистого эгоизма.

Я толкнула его в грудь — слабо, но он понял посыл.

— Идиот.

— Твой идиот, — он поймал мою руку, поднёс к губам, поцеловал костяшки. — Теперь. Хочешь ты того или нет.

Через узы я почувствовала — он шутил только наполовину.

Вторая половина была серьёзной.

Я действительно стала его.

И он — моим.

Узы, что начинались как цепи, превратились во что-то другое.

Во что-то, чему я боялась дать название.

— Который час? — спросила я, меняя тему. — Сколько до прибытия?

Орион повернул голову, посмотрел на светящуюся панель у двери.

— Четыре утра по корабельному времени. До столицы ещё сутки полёта.

Он снова повернулся ко мне.

— Спи. Нужны силы. Завтра начнём планирование. АТЛАС соберёт всю доступную информацию о дворце. Вейлан вспомнит планировку, что знал. Кайра попробует увидеть пути проникновения.