Я кричала, содрогаясь, мышцы сжимались вокруг него волнами.
— Да… боги… вот так… — он потерял ритм полностью, движения стали рваными, отчаянными.
Толкнулся последний раз — глубоко, до упора.
Замер, содрогаясь, изливаясь внутрь горячими толчками.
Узы вспыхнули между нами — золотой свет залил каюту на секунду.
Руны на запястьях засияли ярче звёзд.
Через связь хлынула волна — его удовлетворение, облегчение, счастье смешались с моими.
На мгновение мы были единым целым — полностью, абсолютно.
Свет погас.
Орион рухнул на меня, тяжело дыша, всё ещё внутри.
Лицо уткнулось в изгиб моей шеи.
Я обхватила его, прижала к себе, чувствуя, как колотится сердце под рёбрами — быстро, неровно, в такт моему.
Минута прошла в тишине.
Он медленно вышел, перекатился рядом, притянул меня к себе.
Я прижалась к его боку, голова на груди, его рука обхватила мою талию крепко.
Мы лежали в темноте маленькой каюты, дыша синхронно.
— Астра, — голос прозвучал хрипло. — То, что я сказал раньше… что не умею любить…
Он замолчал.
Я подняла голову, посмотрела на него.
В тусклом свете от панели управления я видела его профиль — резкий, красивый, напряжённый.
— Может, это правда, — продолжил он тише. — Может, я забыл, как это делается. Или никогда не знал.
Он повернул голову, встретил мой взгляд.
— Но я знаю, что чувствую к тебе… это больше, чем долг. Больше, чем узы. Больше, чем я готов признать вслух.
Рука поднялась, коснулась моей щеки — нежно на этот раз.
— И это пугает меня до чёртиков.
Я накрыла его руку своей.
— Меня тоже, — прошептала я. — Меня тоже пугает.
Он притянул меня обратно к груди, крепко обнял.
— После миссии, — пробормотал он, и на этот раз голос был другим — решительным, но не уклончивым. — После того, как спасём твою сестру. Мы поговорим. По-настоящему. Обо всём.
Пауза.
— О том, что значит «избранная». О том, почему руны светятся только для тебя так. О том, почему узы изменились после той ночи — я чувствую это, ты тоже чувствуешь.
Его рука сжала мою талию крепче.
— Обещаю. Никаких уклонений. Никаких отговорок. Вся правда. Даже если она напугает нас обоих.
— Обещаешь?
— Обещаю.
Я закрыла глаза, слушая биение его сердца под ухом.
Равномерное. Сильное. Живое.
Через узы я чувствовала его — спокойнее, чем за все дни.
Стена между нами рухнула.
Может, ненадолго. Может, временно.
Но сейчас, в этот момент, мы были ближе, чем когда-либо.
И это было достаточно.
Пока.
Глава 2
Я проснулась от тихого гудения двигателей.
Постоянного, убаюкивающего звука, что пронизывал каждый сантиметр корабля.
Было темно. Каюта освещалась только тусклым светом от панели управления у двери — холодным, синеватым.