Пауза. Серые глаза прищурились.

— Вопрос не в том, могу ли я. Вопрос в том, кто вы на самом деле. И зачем вам так отчаянно нужно попасть в столицу под видом рабов.

Секунда молчания повисла тяжёлая, напряжённая.

Виктор не отводил взгляда, изучая нас с холодным профессионализмом.

— Делаю поддельные документы двадцать лет, — продолжил он спокойно. — Видел тысячи клиентов. Беглецов, преступников, шпионов, мятежников. Научился читать людей по мельчайшим деталям — как двигаются, как держат оружие, как смотрят. И вы…

Палец указал сначала на Ориона, затем на Вейлана.

— Вы не обычные беглецы или неудачливые наёмники, пытающиеся скрыться. Держитесь слишком уверенно — спины прямые, несмотря на попытки сгорбиться. Оружие носите как профессиональные солдаты, что воевали не годами — десятилетиями. Мышцы тренированы интенсивнее, чем у любого обычного бойца, что я видел.

Взгляд переместился на меня, стал острее.

— А эта девушка пытается спрятаться за скромностью и молчанием. Но глаза выдают — холодные, оценивающие. Видела смерть. Много смерти. Близко. И не боится её. Более того — готова принести сама, если понадобится.

Он наклонился вперёд, положив локти на стол, переплетя пальцы.

— Так что вопрос, который я должен задать перед тем, как продолжу работу: кто вы? Террористы, готовящие теракт? Мятежники, планирующие покушение на кого-то важного? Шпионы вражеской державы?

Пауза.

— Потому что если вы из тех, кто может привести имперских ищеек и инквизиторов прямо к моему порогу после провала операции — мне нужно знать сейчас. Тогда цена утраивается за риск. Или я вообще отказываюсь от сделки.

Орион шагнул вперёд — движение медленное, но в каждом мускуле читалась скрытая угроза.

— Это не твоё дело, — голос был ровным, но холодным как лёд. — Получаешь деньги за документы и услуги, а не за вопросы о клиентах.

Виктор не дрогнул. Даже не моргнул. Встретил взгляд спокойно, без страха — глаза человека, который слишком много раз смотрел смерти в лицо, чтобы испугаться одного опасного клиента.

— Верно, — согласился он. — Но я также не делаю документы для тех, кто гарантированно приведёт ко мне имперскую охоту. Если вы террористы, планирующие взорвать правительственное здание, или убийцы, нацелившиеся на высокопоставленного чиновника — после провала вашей миссии, а она провалится, поверьте опыту — они начнут искать, кто помог. Поднимут записи, допросят свидетелей, проанализируют документы.

Он постучал пальцем по столу.

— И рано или поздно след приведёт к тому, кто сделал документы. Ко мне. Тогда моя жизнь и бизнес — закончены. Поэтому я должен знать хотя бы общие контуры того, во что ввязываюсь.