Достал пустой холщовый мешок.

— Одежду меняйте. Вон там, — он указал грязным пальцем на дверь слева. — Ошейники наденете там же. Свои вещи и оружие — всё в мешок.

Он скрестил руки на груди.

— Всё, — повторил жёстче. — Рабы не носят оружия. Если инспекторы найдут хоть нож — вопросы начнутся неприятные. Очень неприятные.

Он постучал по карману куртки.

— Вещи запру в сейфе на мостике. Когда высадитесь на планете — верну. Обещаю. Я не вор. Просто перевозчик.

Орион и Вейлан переглянулись — быстрый обмен взглядами, целый разговор в секунде.

Доверять? Риск?

Выбора не было.

— Хорошо, — согласился Орион ровным голосом, тихим, покорным.

Мы взяли одежду, ошейники и мешок, прошли в маленькую раздевалку слева.

Тесное помещение — три на три метра, с низким потолком и тусклой лампой. Вдоль стен — деревянные скамейки, потрёпанные, с занозами. Крючки на стене. Запах затхлости и пота, въевшийся в стены.

— Десять минут. Не больше, — бросил Валтор и закрыл дверь с лёгким скрипом петель.

Вейлан начал первым — стянул куртку, расстегнул пояс с оружием одним движением, бросил на скамейку.

— Ну что ж, — усмехнулся он, снимая рубашку через голову, — не каждый день раздеваешься догола для государственных нужд.

Кайра закатила глаза, стягивая свою куртку.

— Ты уже раздевался догола. Много раз. При мне.

— Но тогда было веселее, — он надел серый балахон — мешковатый, до колен. — Хотя серый мне к лицу. Ты как?

Она натянула тунику — грубая ткань, слишком большая.

— Выгляжу как линялая песчаная крыса. Серая и жалкая…

— Самая очаровательная мышка, что я видел, — Вейлан притянул её к себе.

Наклонился, поймал её губы своими — мягко, нежно.

Кайра на секунду застыла, затем ответила — обхватила его за шею, притянула ближе.

Поцелуй был коротким, но глубоким. Якорь перед бурей.

Когда оторвались, Вейлан прижался лбом к её лбу.

— Всё будет хорошо, огонёк.

— Не обещай того, что не можешь гарантировать.

— Тогда обещаю попытаться изо всех сил.

Орион, складывавший оружие в мешок — бластер, два ножа, обоймы — закатил глаза.

— Вы двое невыносимы. Даже сейчас.

Вейлан усмехнулся.

— Именно сейчас и нужно целовать любимую женщину. Перед тем как идти в ад.

Я переоделась молча — серая туника царапала кожу, штаны болтались на бёдрах. Сложила свою одежду и оружие в мешок.

Последние кусочки прежней жизни.

Вейлан взял ошейник со скамейки — грубый металл, холодный, тяжёлый.

Надел первым — легко, будто часть костюма.

Обхватил шею, защёлкнул замок.

Щелчок эхом отозвался в маленьком помещении — резкий, окончательный.

Он покрутил головой, проверяя посадку.

— Ну как? Идёт мне?