Воздух становился тяжелее с каждым уровнем. Запах усиливался — пот, грязь, что-то кислое и гнилое.

Красные лампы пульсировали над головой — тусклые, умирающие, отбрасывали дёргающиеся тени.

Дошли до массивной двери в конце коридора — старая сталь, с вмятинами, покрыта царапинами.

Валтор остановился, достал ключ из связки.

Вставил в замок, провернул с протяжным скрипом.

Замок щёлкнул. Засовы отошли с лязгом.

— Трюм, — он толкнул дверь плечом, металл заскрежетал по полу. — Ваш дом до станции. До высадки.

Он отступил в сторону, давая нам войти.

Я сделала шаг к порогу.

И замерла.

Запах ударил первым — физически, как пощёчина.

Пот. Немытые тела. Человеческие отходы. Болезнь — сладковато-гнилостная вонь инфекции. Страх — кислый, едкий, въевшийся в воздух.

Желудок скрутило. Желчь поднялась к горлу.

Я сглотнула, заставила себя дышать через рот — маленькими, поверхностными вдохами.

Не показывай. Ты Эйра. Привыкла. Второй год в рабстве.

Шагнула внутрь, и колени подкосились — на секунду, едва заметно.

Рука инстинктивно метнулась в сторону — схватиться за стену, за что угодно, не упасть.

Пальцы коснулись холодного металла переборки, сжали изо всех сил.

Орион качнулся ближе сзади — не касаясь физически, но достаточно, чтобы я почувствовала через узы:

Держись. Я здесь. Дыши. Просто дыши. Ты справишься.

Тепло хлынуло через связь — поддержка, уверенность, сила.

Я выпрямилась медленно, разжала пальцы на стене.

Сделала ещё шаг внутрь — твёрже, увереннее.

Справлюсь. Должна.

Вейлан вошёл следом — лицо под иллюзией непроницаемое, но через пространство я почувствовала его реакцию. Ярость. Холодную, контролируемую. Взгляд скользил по трюму, по людям — оценивающий, запоминающий каждую деталь.

Кайра замерла на пороге.

Глаза распахнулись — зелёные, светящиеся на секунду изнутри.

Провидение коснулось её непрошено, показало что-то.

Она вздрогнула всем телом, зажмурилась, оттолкнула видение усилием воли.

Вейлан мгновенно обхватил её за локоть, притянул внутрь мягко, но настойчиво.

— Дыши, — прошептал он ей в ухо. — Просто дыши. Здесь и сейчас. Не смотри в будущее.

Дверь за нами закрылась с громким лязгом.

Большое помещение — метров двадцать в длину, десять в ширину. Низкий потолок с трубами и проводами, что свисали местами, оборванные, искрящие. Плохо освещённое — только три тусклые лампы под потолком, мигающие с протяжным жужжанием. Большие участки погружены в тень, где различались только силуэты.

Вдоль стен — деревянные скамейки, прикреплённые к полу ржавыми болтами. Металлические кольца в стенах для цепей — некоторые пустые, другие с обрывками верёвок. Ведро в углу — туалет, прикрытый потрёпанной занавеской из грязной ткани.