— Что?
Я шагнула ближе — ещё и ещё, пока не оказалась в пяти метрах от них.
Настоящим лицом. Без иллюзии. Открытая.
— Пожалуйста, — голос вырвался дрожащим, отчаянным, — возьмите меня. Вместо неё. Она слишком маленькая.
Посыльный смотрел на меня — и взгляд его изменился.
Глаза расширились. Губы приоткрылись.
— Что за… — выдохнул он медленно, шагая ближе. — Как я тебя не заметил?
Голос был почти обвиняющим.
Я замерла, и только тогда поняла.
Иллюзия.
Её нет.
Я открыта.
— Я прошёл мимо тебя. Смотрел на всю линию. Как я пропустил?
Ещё шаг ближе — медленно, не отрываясь, словно боялся, что я исчезну.
— Грязь, — пробормотал себе под нос. — Плохой свет. Опущенная голова… Но даже так…
— Пожалуйста, — голос вырвался дрожащим, отчаянным, — возьмите меня. Вместо неё. Она слишком маленькая.
Запястье пылало огнём — я чувствовала через него отчаяние, ярость Ориона. Он пытался удержать себя, но контроль трещал.
Посыльный изучал меня — долгим, оценивающим взглядом.
— И ты кто такая?
— Её сестра, — соврала я, не моргнув. — Старшая сестра. Пожалуйста. Не забирайте её. Возьмите меня.
Он вновь обошёл меня кругом — медленно, изучая каждую деталь.
— Сколько тебе лет?
— Двадцать два.
— Слишком старая, — покачал головой. — Господин предпочитает моложе.
— Но я красивее, — слова вырвались отчаянно, без стыда, без гордости — только желание спасти ребёнка. — Я… я знаю, как угождать. Училась. Опытная. Пожалуйста. Я буду очень послушной. Очень. Обещаю.
Посыльный остановился передо мной, прищурившись.
— Почему ты так хочешь заменить её? Кто она тебе на самом деле?
— Сестра, — повторила я твёрдо, встречая его взгляд. — Младшая сестра. Единственная семья, что у меня осталась. Пожалуйста. Не забирайте её. Возьмите меня.
Он смотрел долго — изучал лицо, глаза, ища ложь или слабость.
Затем медленно кивнул.
— Интересно. Очень интересно.
Повернулся к охранникам.
— Берите обеих.
Мир качнулся.
— Что?
— Обеих, — повторил он, и в голосе прозвучало удовлетворение. — Одна молодая, невинная, отчаянно сопротивляющаяся. Другая старше, опытная, готовая защищать младшую, жертвовать собой. Это… это добавит пикантности. Господин Хаг обожает такие динамики. Игры власти. Отчаяние. Жертвенность. Он будет в восторге.
Он хлопнул в ладоши — резко, громко.
— Берите обеих! И ещё ту девушку, что записали первой! Три экземпляра — отличный подарок! Господин щедро вознаградит!
Нет. Нет. Нет.
Охранники двинулись ко мне.
Я попыталась отступить, но руки схватили меня за плечи — крепко, профессионально, не давая вырваться.
— ОСВОБОДИТЕ ДЕВОЧКУ! — закричала я отчаянно, вырываясь из захвата. — ЭТО НЕ ЧЕСТНО! Я СОГЛАСИЛАСЬ ВМЕСТО НЕЁ! ВМЕСТО!