— Спасибо за доверие, ваше сиятельство. Без вашей помощи мы бы не справились.
Графиня махнула рукой.
— Я помогла не из альтруизма. Мне нужны надёжные люди. Те, что возвращают долги, держат слово и не бегут при первых трудностях. И вы оказались таковыми.
Она замолчала. Посмотрела в огонь — долго, задумчиво. Языки пламени отражались в её глазах, и на мгновение мне показалось, что я вижу за этим взглядом три четверти века жизни — дворцовые интриги, потери, победы, похороненные мужья и пережитые враги. Женщина, которая видела, как менялись министры, генерал-губернаторы, фавориты, — и сама при этом не менялась ни на йоту.
Графиня повернулась ко мне.
— Раз вы проявили себя как надёжный союзник… — Она откинулась на спинку кресла. Пальцы, унизанные старинными перстнями — легли на подлокотники. — Есть одно обстоятельство, которое, вероятно, потребует вашего участия.
Глава 7
Графиня отпила чай, поставила чашку на блюдце — аккуратно, без единого стука фарфора — и посмотрела на меня тем самым взглядом, от которого хотелось проверить, все ли пуговицы застёгнуты.
— Скажите, Александр Васильевич, — произнесла она, — вы ведь хорошо знакомы с моим внучатым племянником? С бароном Эдуардом фон Майделем?
Вопрос прозвучал невинно, словно графиня не была в курсе нашей с Эдуардом интересной истории.
— Имел честь, — ответил я. — Мы познакомились при определённых обстоятельствах, а затем он помог с поставками через господина Базанова. С тех пор мы поддерживаем ровные отношения.
— Ровные отношения, — повторила графиня. — Хорошо. Потому что-то, что я собираюсь вам рассказать, касается Эдуарда. И мне важно, чтобы вы отнеслись к моим словам с должным вниманием.
Она замолчала. Огонь в камине потрескивал. За окнами скрывшаяся ото льда Фонтанка несла свои свинцовые воды, равнодушная к людским интригам.
— Вы знаете, что его отец, Антон Яковлевич планирует женить Эдуарда на Алле Самойловой?
Второй разговор на эту тему за сутки. Совпадение, которое совпадением не было. Я чувствовал, как натягиваются невидимые нити, связывающие людей и события в одну паутину. Впрочем, лицо моё осталось неподвижным.
— До меня доходили слухи, — уклончиво ответил я.
— Слухи. — Графиня произнесла это слово так, будто отщипнула засохший лепесток с розы. — Это не слухи, молодой человек. Это план. Продуманный, согласованный и практически утверждённый. Антон Яковлевич и мать Аллы — графиня Самойлова — уже обсудили условия. Осталось кольцо и объявление.
Она смотрела на меня, и в её глазах была та же стальная ясность, которую я видел у опытных шахматистов. Игрок, который видит доску на десять ходов вперёд.