Я кивнул.
— Буду признателен.
Дядя Костя аккуратно сложил листок и убрал обратно в карман.
— Значит, решено?
— Решено, — сказал я. — Действуйте, Константин Филиппович.
Мы обменялись рукопожатиями, и Дядя Костя откинулся на стуле. Его лицо чуть смягчилось — появилась та знакомая лукавая искра, которая означала переход от дел к удовольствиям.
— Кстати, Александр Васильевич. Как обстоят дела с нашим проектом? С яйцом для моей скромной коллекции?
— На следующей неделе организую вам встречу с матерью. Лидия Павловна уже начала думать над концепцией.
— Прекрасно! Передайте ей моё глубочайшее почтение и скажите, что я открыт для любых идей. Любых! Полная творческая свобода.
Полная творческая свобода в устах заказчика обычно означала «делайте что хотите, но чтобы мне понравилось». Впрочем, мать умела работать с любыми клиентами.
Ахмед принёс вторую порцию кофе — без просьбы, по какому-то собственному внутреннему расписанию. Я не отказался. Такой кофе не пьют один раз, тем более что чашки были едва больше напёрстка.
Мы допили молча. Дядя Костя поднялся, пожал мне руку ещё раз — на этот раз теплее, почти дружески — и кивнул в сторону двери.
— Штрих вас проводит. А сейчас, увы, вынужден откланяться. Дела-с.
Глава 11
Воронин загрузил в печь очередную партию чешуек для верхней части яйца, где дракон обвивал серебряную поверхность и чешуйки должны были плавно перетекать из серебряных в золотые. Я стоял у верстака, проверяя геометрию остывших пластинок из предыдущей партии, когда зазвонил телефон.
На экране высветилось: «Дары Урала — Екатеринбург».
— Александр Васильевич, добрый день! Беспокоит Олег Дмитриевич Рыков, коммерческий директор «Даров Урала». Звоню сообщить, что ваша новая партия александритов готова к отгрузке.
— Здравствуйте, Олег Дмитриевич. Рад слышать.
— Все самоцветы сертифицированы нашей местной лабораторией. Можем отправить курьерской службой «Северный путь» — как обычно. Пломбы, страховка, доставка через три-четыре дня…
— Благодарю, Олег Дмитриевич, — сказал я. — Но в этот раз «как обычно» не подойдёт. Я приеду за камнями лично.
Рыков закашлялся.
— Лично? На Урал?
— Именно. Завтра вылечу утренним рейсом. Подготовьте, пожалуйста, для меня доступ в лабораторию огранщиков. Я хотел бы выбрать камни на месте. И передайте Степану Аркадьевичу, что привезу с собой первую партию — ту самую, с которой возникла проблема. Проверите сами.
Рыков сообразил мгновенно. Голос стал серьёзнее.
— Понял вас, Александр Васильевич. Всё организуем. Степан Аркадьевич будет лично.
— Благодарю. До встречи.