— Саша, нам нужно поговорить, — сказала она тоном полководца перед генеральным сражением.

— Слушаю.

Она раскрыла ноутбук на верстаке — прямо рядом с тиглем и лупой, что создавало интересный натюрморт из двух эпох, — и развернула экран ко мне.

Цифры.

За последние пару дней появилось сто тридцать два новых предзаказа на модульные браслеты в полном комплекте. Общая очередь — пятьсот семнадцать единиц. Сроки ожидания для клиентов — шесть-семь недель. Долго. Люди не готовы ждать больше пары недель.

— Петровский из «Ювелирного дома» в Москве звонил вчера, — продолжала Лена. — Сказал, что если мы не сократим сроки до четырёх недель, он вынужден будет пересмотреть условия по процентам с продаж. И это не пустые слова — на рынке уже появились подражатели. Пока корявые, но через полгода подтянутся.

Я знал, что этот момент наступит. Когда продукт успешен, два сценария неизбежны, как смена времён года: либо ты масштабируешься, либо неохваченный рынок занимают другие. Третьего не дано.

— Что ты нашла через Гильдию? — спросил я.

Лена перевернула страницу блокнота.

— Четыре мастерские. Все сертифицированные, все с опытом работы по серебру, золоту и платине. Вот список.

Четыре имени, четыре адреса, краткие характеристики — размер, специализация, послужной список. Всё аккуратно и по делу. Лена умела готовить материалы так, что любое решение принималось за минуту.

В этот момент в дверях мастерской появился отец. Судя по лупе на лбу и масляному пятну на фартуке, он уже успел поработать над чешуйками.

— О чём совещаемся? — спросил он, заглядывая в ноутбук.

— Аутсорс для браслетов, — пояснила Лена. — Пока у нас есть четыре кандидата.

Отец протянул руку, и Лена передала ему блокнот. Василий Фридрихович читал неторопливо, водя пальцем по строчкам. Потом поднял голову:

— Первый — Зайцев с Петроградской? — Он покачал головой. — Нет. Категорически.

— Почему? — спросила Лена. — У него хорошая сертификация и приемлемые цены.

— Потому что шесть лет назад Зайцев подвёл заказ для ювелирного дома Болина. — Отец говорил спокойно, но тон не допускал возражений. — Принял заказ на серебро девятьсот девяносто девятой пробы, а поставил изделия из девятьсот двадцать пятой. Разницу положил в карман. Болин заметил это только при контрольной проверке. Скандал замяли — Зайцев заплатил неустойку, извинился… Но в профессиональных кругах такие вещи помнят.

Лена молча вычеркнула первую строку.

— Второй — мастерская Горюнова на Обводном. Три человека, включая самого Горюнова. Хорошие руки, но масштаб не тот. Тридцать браслетов в неделю — максимум, на который они способны. Нам этого мало.