– Вы не собираетесь поклясться, что найдете убийцу? – кричит другой репортер.

– Как О Джей Симпсон? – добавляет еще один.

Из толпы слышатся смешки. Мне это нравится. А вот Теду определенно нет. Он открывает рот, как будто хочет что-то сказать, но Ноймайер кладет руку ему на спину и, выйдя вперед, заявляет, что ни на какие вопросы ее подзащитный отвечать больше не будет. И ведет его к машине. Грейсон плюхается на заднее сиденье. Она усаживается рядом с ним. Они уезжают.

На этом все заканчивается.

А я остаюсь стоять рядом с Марти.

Новостники разбирают свои микрофоны. Я не шевелюсь. Просто молча стою на месте. Марти меня не трогает. Я провожаю отъезжающие фургоны взглядом.

– Ты хотел что-то сказать про метку с координатами, которую я сбросил тебе вчера.

– Да.

– Так что там с ней?

– Ты был в Коннектикуте.

Я поворачиваюсь и снова смотрю на Марти снизу вверх:

– Не могу выразить, как я горжусь тем, что был твоим наставником.

– Ты и юмор тоже используешь в качестве защитного механизма.

– Я предпочел бы огнестрельное оружие.

– Снова юмор.

– Я в курсе, что я был в Коннектикуте, Марти. Разумеется, я в курсе. Мне казалось, из моего сообщения это ясно, но на всякий случай: я поставил эту метку на территории чьего-то поместья. Мне хотелось бы знать чьего.

– Полагаю, ты также отдаешь себе отчет в том, что находился в очень дорогом и престижном районе.

– Разумеется.

– На частной территории.

– Угу.

– Я проверил несколько спутниковых карт. На всех аэрофотосъемка в этом месте заблюрена.

– Я в курсе, – говорю я снова.

– Кроме того, ты прислал мне метку поздно вечером.

– Марти?

– Что?

– Зачем ты говоришь мне то, что я знаю и без тебя?

– Какого черта ты там делал, Кирс?

Я ничего не отвечаю. У ворот тюрьмы никого не осталось. Я все еще смотрю на то место, где только что стоял Тед Грейсон. Он на свободе. Человек, который убил Николь, на свободе. Адвокаты небось повезли его обедать. В какой-нибудь пафосный ресторан. Праздновать освобождение человека, который превратил прекрасное лицо Николь в кровавое месиво.

Молчание не конек Марти. Я это знаю. Он болтун. Ему удается продержаться еще несколько секунд, потом он вздыхает:

– Поместье оформлено на какую-то компанию.

– Название удалось выяснить? – спрашиваю я.

– Пока нет.

Я не удивлен. Кто-то изо всех сил старается скрыть поместье от публики. Почему? И что там делает Анна, женщина, которая, как я считал, двадцать с лишним лет тому назад была убита в моем присутствии и, возможно, моей рукой?

– Я пытался пробить хозяев по разным каналам, но так ничего и не выяснил. Пока. Ты же сам понимаешь. Ты сбросил мне метку вчера поздно вечером. Большинство контор сейчас еще только открываются. Попробую позвонить еще кое-кому.