Он сидит прямо, плечи расправлены. Не напряжено, а достойно. На мужественном лице нет ни страха, ни заискивания. Он смотрит на моих братьев спокойно, открыто. Как равный на равных.

Я ставлю поднос на маленький столик между ними. Старший брат, Руслан, кивает мне, давая знак разливать чай. Ритуал. Женская роль их сестры. Они не прогоняют меня. Я должна молча обслуживать их, пока они ведут свои мужские разговоры. Сегодня я благодарна за эту роль. Она позволяет остаться, быть рядом, слышать.

Разливаю чай. Руки всё ещё дрожат. Несколько капель горячего чая падают на скатерть, оставляя тёмные пятна. Я чувствую, как краснею.

– Успокойся, сестра, – тихо говорит младший брат, Батыр. – Никто никого не съест.

Поднимаю на него глаза. Он улыбается мне, чуть заметно подмигивает. Его маленький знак поддержки, от которого становится чуть легче.

Руслан берёт свою пиалу, но не пьёт. Он смотрит на Вазира.

– Ну что, Вазир, – начинает он низким весомым голосом. – Мы видим, что ты хороший работник. Руки у тебя золотые. И сыроварню нашу поднял. За это тебе спасибо.

– Не за что благодарить, – отвечает Вазир. Его голос ровный, без тени подобострастия. – Я делаю свою работу. Вы мне доверили дело, я его и веду.

– Работа – это одно, – вступает Ахмед. Он отпивает глоток чая и пристально смотрит на Вазира поверх пиалы. – А внимание к нашей сестре – это другое. Мы заметили, что твоё внимание к Светлане выходит за рамки простой учтивости.

Воздух натягивается, как струна. Я замираю с чайником в руках.

Вазир не отводит взгляда. Он смотрит прямо на Ахмеда.

– Вы заметили правильно. Мои намерения по отношению к Светлане самые серьёзные.

– Какие именно? – глухо спрашивает Руслан. – На нашей сестре уже один раз женились. Не самый удачный опыт, как ты знаешь. Мы не хотим повторения.

Не могу понять, какой брак ни имеют в виду? Наверное, первый, с Муратом. Второй они не считают действительным и сразу говорили об этом. Со стороны Азамата присутствовал лишь один свидетель, не два. Теперь понимаю, что это было хитрой уловкой с его стороны, но в итоге даёт мне право аннулировать наш договор.

Я чувствую, как по спине бегут мурашки. Они говорят об этом. Прямо и открыто, не беспокоясь о моих чувствах.

Вазир кладёт руки на колени. Видно, как он собирается с мыслями. Но в его глазах нет и тени сомнения.

– Я с первого дня, как увидел вашу сестру, понял, что это моя судьба, – говорит он, и его слова звучат так искренне, что у меня перехватывает дыхание. – Я не искал этого. Сердце само решило. Вижу, как напряжённо Света работает, как поднимает сыроварню одна, растит сына. Я вижу в ней силу, которую редко встретишь. И вижу грусть в её глазах. Хочу, чтобы она стала счастливой.