— Ну здравствуй, Рысев, — проговорила она, продолжая рассматривать меня, словно диковинного жука.

Я не спешил отвечать — если уж столь важная птица сегодня решила спуститься к мелким сошкам типа меня, то это что-то да значит.

— Как тебе последние новости?

— Не читал.

— Ложь тебе всегда давалась хуже правды, мальчик. Что тому, чье тело ты теперь занимаешь, что тебе лично.

Я уставился прямо ей в глаза, откинулся на спинку сидения, рассмеялся.

— К чему все эти ваши фокусы? Томные взгляды, разговоры ни о чем? Полгода назад вы мечтали упечь меня в эти застенки и пытать до тех пор, пока не издохну. Я ведь не первый в этих краях чужак, правда?

Егоровна по-старчески облизнула губы, что-то в моих словах ей не понравилось. Выдохнув, она взялась за папку. Один за другим передо мной ложились исписанные бисерным почерком листы. Фотографии парней и девушек.

— Познакомься, Рысев. Твои предшественники. Правда, забавные ребята?

— Не понимаю, о чем вы.

— Скоро поймешь. Смотри, какой гарный хлопец — Митрофанов Прошка Алексеевич. Крестьянский сын, попал к нам сюда лет за десять до твоего появления. По его собственным рассказам — фермер. Знаешь, как он умер? От кровопотери. Стоило ему выйти в поле, как он умудрялся вляпаться в неприятность. Продержался здесь целый месяц, Федя.

Старуха пододвинула ко мне фотографии двух девиц, меня же больше волновал несчастный Прошка. Выходит, попаданцы здесь не только в представителей благородных родов прыгали, случались и эксцессы.

— Ему повезло куда больше этих двоих. Хочешь знать их имена?

— Нет.

— Чудно. — Егоровна разве что не развела руками. — Их имена и в самом деле тебе ничего не скажут. Но одну из них задавила машина, как только она заняла чужое тело. Второй повезло — мир подарил ей целый день, прежде чем ее поймали ребята Старого Хвоста. Почему они выбрали в жертвы именно эту замарашку, так и не смогли объяснить. Наваждение — вот и весь сказ.

— Я все еще не понимаю…

Допрос с привычными вопросами вдруг показался мне не такой уж и скверной перспективой. Егоровне от меня требовалось совершенно иное. Ответы на вопросы? Какая банальность…

Старуха затянулась сигаретой поглубже, блаженно закрыла глаза. Казалось, будь у нее воля и возможности, она бы скурила и мое удивление.

— А чего здесь понимать, Федечка? — У нее вырвался грудной вздох. — Таких, как ты, мы отлавливали не развлечения ради, а сохранности для. Пользы в этом, конечно, ни на грош, однако… Неужели ты думал, что мы какая-то пыточная контора?

— Название у вас, — попытался оправдаться я, — довольно необычное. В моем родном мире ребята, зовущие себя точно так же, как и вы, любили развлекаться тем, что под вечерок палили ведьму-другую.