Я закусил губу — а ведь и в самом деле…
— Рохли — самые опасные твари на свете. Их стоит опасаться пуще огня. Они либо ухнут в компостную кучу нечистот, либо захотят воздать всем и каждому. Получится у них вряд ли, но натворить непоправимых глупостей ума хватит. Я хотела, чтобы эта тушка, которую ты сейчас занимаешь, исчезла физически, а еще лучше — распрощалась с жизнью. Но мы отвлеклись, мальчик. Давай ты лучше расскажешь, что было дальше?
Я вздохнул, пытаясь собраться с силами и переварить все только что услышанное. В какой-то миг мне ведь начало казаться, что я стал понимать — мотивы и смыслы. Но Чертогоровна — мне жаждалось коверкать ее имя точно так же, как она издевалась над памятью моего мастера-слуги, — сумела все запросто перевернуть с ног на голову.
Невеста Сатаны в самом деле оказалась демоницей. Мой допрос, как и мой арест буквально на кануне случившегося обращался в какой-то дикий, до безобразного смешной фарс.
— Говори, я разрешаю. — Она указала в мою сторону влажным кончиком кисти, я же отрицательно покачал головой.
— Какой в этом теперь всем смысл? Я не понимаю…
Она вскинула брови, позволила себе улыбку.
— Ну-ну, милый мальчик. Я вижу, что ты пришел к определенным выводам из всего вышесказанного. Знаешь, я была с тобой откровенна, но не до конца. Так случилось, что, не имея на руках всех карт, с выводами можно… как бы это помягче сказать? Наколоться. Ты лучше говори, я скажу, когда остановиться.
Я нахмурился, но продолжил — рассказать-то и в самом деле было о чем. Людожорец после случившегося мне теплом вспоминался…
* * *
Лиллит и её плюшевый медвежонок посетят любого, кто найдёт в себе силы и желание оставить любую награду к произведению:)
Глава 13
Сейчас, здесь и в тепле, у Лиллит по-прежнему дрожали коленки. Несмотря на близкое утро, было до жути темно — лишь лампадка у иконы горела свечой надежды.
Хозяин — мосластый, здоровенный плотник — суетился, вытаскивая перед нами остатки нехитрого ужина. Свора ребятишек — один другого младше — притворялись спящими, но на деле бессовестно пялились на нас.
Им прибавилось тем для разговоров.
Их можно было понять — ужас бродил по ту сторону окна, выискивая будущих жертв. Уставшие и злые после встречи с людожорцем, мы жаждали лишь пристанища на ночь. Кто же мог знать, что можно сразить чудовище, но как быть с теми, кто их насылает?
Мир снова пробовал меня на прочность — словно проказливый мальчишка протянутую меж двумя берегами дощечку. Прыгал в ожидании и немом вопросе: сломается? А когда? А сейчас?
А если вот так?
Ответов у меня не было. Я кивнул хозяину, когда он налил мне в глиняный стакан белую, едва ли не сверкающую в ночи жидкость.