И весь его страшный, грозный вид… это было бешенство. Чем злее оборотень, тем страшнее он выглядит, но даже это зависело от генетики.
Однако вот оно, доказательство, что я была права. Кейн — сбрендивший оборотень на грани контроля.
Он бросился прочь из комнаты, едва пролез своими широкими плечами в дверной проем. Я кинулась за ним, сбросив каблуки.
Густав уже ждал его там. Его угольно черная шкура, под которой перекатывались мышцы, длинная морда, длинные уши и пасть с рядом острых зубов. Густав Вин абсолютно и полностью себя контролировал. Но я не была уверена, что он осилит победить Кейна в таком виде.
Черт! Охотники! У Густава полный ресторан охотников на оборотней! Кейн — идиот!
Густав замер и ощерился, переступив с ноги на ногу. Два огроменных оборотня в узком коридоре. Им тут явно будет мало места, и они выберутся в зал. А там полно других оборотней, да ещё и охотники.
— Густав, не делай этого! — взревела я.
— В моем ресторане, на моей территории, — прорычал он, сверкая зелеными глазами. — Убью.
Вместо ответа из груди Кейна вырвалось низкое пробирающее рычание.
…я такое уже слышала. Моя память пыталась мне помочь. Но я стояла, не влезая в их драку. Не надо лезть, когда два волка выясняют отношения. Особенно, если среди них нет того, чью спину ты должна прикрывать. В драку с Михаэлем я бы влезла и он воспринял бы это как должное.
Они смотрели друг на друга не шевелясь. Казалось, между ними идет молчаливый поединок. И вдруг они разом бросились в драку, сорвались с места в единственном желании разорвать и убить.
Сцепились словно гигантские звери. Кейн будто пытался в прямом смысле слова откусить Густаву голову, громко клацал огромной пастью. Густав извернулся, полоснул Кейна по плечу. Тот отмахнулся, когти прошли по предплечью оставляя глубокие раны, он отбил удар и нанес ответный, от которого Густав с легкостью уклонился, припав на все четыре лапы.
На пол полилась кровь из лапы Кейна, но он будто и не чувствовал боли. Плохо, очень плохо. Не может быть, что это из-за меня.
На это невозможно было спокойно смотреть. Надо было их остановить, но в пылу драки это нереально. Если у Густава была уважительная причина вступить в бой, то Кейну не поздоровится, если он убьет того из-за собственной выдуманной причины.
Мебель и вещи летели во все стороны, я уворачивалась от обломков. Не уйду, мне надо видеть. Стены осыпались штукатуркой от острых когтей, когда один промазывал по другому. Дорогие картины рвались в клочья. Ширина коридора им мешала нормально двигаться, не давала развернуться на полную.