— Ты была ранена. И я тебя не рассматривал. Больше не вспоминай об этом.
Он опять наклонился ко мне. Его тело было твердым и безумно горячим.
Его губы двигались по моей шее, потом он переключился на мою левую грудь, положив ладонь на правую и сжав, соски напряглись от его прикосновений.
— Я так хочу тебя, — прошептал он, целуя меня. — Всю, полностью. Чтобы только моя.
Я была невероятно возбуждена, а он был неумолим.
Я всё ещё была обижена на то, что заставил меня чувствовать себя так, будто я — его собственность. Но сейчас он обходился со мной не только, как сам хотел. Он следил за моими реакциями, изучал моё тело, исследовал.
Его пальцы, погладив живот скользнули ниже, под кружевное белье, и проникли внутрь меня, лаская, дразня чувствительную плоть.
Голова закружилась, когда он наклонился и поцеловал меня. Его губы были горячими, влажными и требовательными. Мне хотелось, чтобы он не останавливался. Поцелуй был долгим, глубоким и яростным. Тело мое горело, изнывая от желания, которое он пробуждал во мне, ублажая пальцами. И я выгнулась навстречу ему, желая большего.
Кейн отстранился, все еще глядя на меня горящими глазами.
— Я хочу, чтобы ты была в моей постели, — прошептал он. — Всегда…
Сначала он поцеловал мою грудь, потом стал спускаться ниже, не отрывая от меня взгляда. Слегка развел в стороны ноги. Прикоснулся губами к внутренней стороне бедра, затем к другой. А потом настойчиво, нежно и издевательски медленно стянул с меня трусики.
Его рот приник к моему лону, и я почувствовала, как мое тело трепещет от желания. У меня голова шла кругом, я начала тихонько постанывать от наслаждения. Он продолжал, а я могла только изгибаться и тихо стонать, прикусив костяшку пальца. Хотя хотелось ныть в голос.
Кейн мучил меня, ласкал языком и пальцами, пока я не закричала от наслаждения, пока не сорвало хваленый контроль и я не завыла, зажмурившись и терзая когтями белую простынь. Не могла больше сдержать волчицу в себе, никак, вообще.
Приоткрыв глаза, я увидела Кейна, похотливо с довольной улыбкой смотрел на меня.
— Лучшее зрелище на свете, когда кончает моя волчица, — сказал он и накрыл меня своим телом, не дав ни минуты передышки.
Кейн стянул с себя спортивный штаны и бросил их в сторону.
Я чувствовала его твёрдый, горячий член. Губы Кейна опять коснулись моей груди, он стал обводить языком соски и жадно целовал их, едва покусывая и опять заставляя меня стонать, рычать и ныть.
Он проник в меня резко, как будто забыл обо всех нежностях. Почувствовала, как он заполняет меня собой. А вес его тела прижимает меня к кровати. Я отдавалась ему без остатка, забыв о любых последствиях, забыв о страхах, о проблемах. Забыв о том, что пожалею об этом.