— Я об этом в первую очередь подумал, — согласился с ним Яковлев. — Мониторинг за сотрудниками и гражданским персоналом, даже за уборщицами сейчас налажен круглосуточно. Но пока — пусто.

— Понятно, товарищ генерал, — отозвался Николай. — Опытная сволочь.

— Похоже, что так, — согласился Эдуард Николаевич. — Давайте, парни — время не ждёт!

Да, оперативники Красильникова были «своими людьми», уже не раз проверенными в деле. Как я понимал, Яковлев не рискнул доверять нашу охрану своим сотрудникам, опасаясь очередного покушения. Кто крыса, так вычислить и не удалось, а покушения шли одно за другим: коляска, отрава, тормозной шланг, грузовик с тараном, погоня и стрельба. Сразу становилось ясно, что противник, действующий против нас — серьёзный.

Перевод «чужих», но проверенных оперативников в наш институт был единственным разумным выходом в сложившихся условиях. Ведь на сегодняшний день кто-то из своих оказался врагом. Мы поднялись на первый этаж, прошли через вертушку и вышли на улицу через неприметный служебный выход.

Воздух оказался холодным, пахло мокрым асфальтом и опавшей листвой. У чёрного хода уже стояла знакомая мне чёрная «Волга» ГАЗ-24–24. Марат открыл заднюю дверь, Николай сел за руль. Яковлев первым нырнул в салон, я следом, устроившись на заднем сиденье рядом с генералом.

Дверь захлопнулась, отрезав большую часть уличных звуков. Николай плавно тронул автомобиль с места, выезжая на улицу. До ближайшего таксофона на Ленинградском проспекте было минут пять езды. Но Яковлев потребовал ехать не к ближайшему, а к будке, расположенной в десяти минутах езды, да еще и на соседней улице. Перестраховывается Эдуард Николаевич, но от его осторожности могут зависеть наши жизни.

Яковлев откинулся на сиденье, закрыл глаза и медленно выдохнул. Казалось, он впервые за долгое время позволил себе просто расслабиться.

— Знаешь, Родя… — начал он, не открывая глаз. — Это твоя процедура… — Он помолчал, проводя пальцами по шее в районе затылка. — Это нечто! Туман ушёл. Совсем. Шея не ноет. Мысли чёткие, как после недельного отпуска… Чувствую себя… человеком, а не разваливающейся рухлядью.

— Протокол «Лазарь-Н» на это и рассчитан, товарищ генерал-майор, — ответил я.

— Значит, и для Леонида Ильича это сработает так же? — Яковлев открыл глаза, повернулся ко мне.

— Сработает, за это ручаюсь! — уверенно ответил я.

— Отлично, Родион! — довольно кивнул генерал-майор. — Коля, заверни на этом повороте, и тормозни у ближайшего телефона. Скоро должна будка появиться. Парни, вам что-нибудь известно по нашему инциденту на трассе с грузовиком и преследованием?