- Винсент... - произнесла я и решилась подойти к нему.
- Не нужно, - произнёс он, сжимая руки в кулаки. - Через месяц принц Леонард организует бал в честь представления своей возлюбленной, и мы с тобой приглашены.
- Мы с тобой? - переспросила я, не веря своим ушам.
- Да, - подтвердил он, и было заметно, что это решение не даётся ему легко.
- А почему же не ты и Анаста́сия? Или, например, Эмилия? - я пыталась понять, какова его истинная мотивация.
Он вздохнул, и на его лице появилась тень раздражения.
- Николь, прошу... Как ты сказала? Эмилия? Откуда ты знаешь это имя? - его голос опять стал напряжённым, а взгляд резко потерянным.
Слова застряли в горле, и я лишь молча смотрела, как будто прикованная. Внутри меня разрывалось сердце от обиды, но одновременно тянуло к нему, чтобы понять. Я чувствовала его страдания, но моя обида была стеной, и я выбрала молчание.
- Никогда больше не смей произносить это имя! Ты поняла меня?! - его голос, пропитанный яростью и дрожащий от скрытого страха, оборвался, когда он вцепился в мои плечи. От его тряски по моему телу прокатилась волна боли, нарастая с каждой секундой.
- Отпусти меня! Мне больно! - крикнула я, и в этот момент он словно осознал, что сделал.
На моем лице проступил страх, и слёзы начали наворачиваться на глаза. Он отпустил меня и отошел назад, как будто поражённый собственным поведением, смотря на свои руки, будто искал с них исчезнувшую нежность.
- Прости... Прости меня... - произнес он тихо, и в его голосе слышалась искренняя печаль.
Винсент развернулся и выбежал из моей комнаты. Я осталась одна, тяжело дыша и чувствуя, как комок в горле мешает мне говорить.
«Почему всё так сложно?» - думала я, утирая слёзы. Боль от его слов и действий всё ещё сжимала моё сердце, и я понимала, что это не просто конфликты. Это больше, чем просто разногласия, между нами. Это были глубинные раны, которые влияли на наше взаимопонимание.
Я села на край кровати и попыталась привести мысли в порядок. Воспоминания о его нежных словах и моментах, когда он прикасался ко мне, смешивались с тем, что произошло сейчас. Это оставляло меня в смятении.
«Мне нужно время...» - подумала я. Но в то же время, мне хотелось, чтобы он мог прийти и объяснить, хотя бы попытаться исправить то, что было порвано.
Я взглянула в сторону двери, надеясь, что он вернётся, но понимала, что, возможно, сейчас ему нужно побыть одному. В этом хаосе важнее всего было понять себя и, если позволить, разобраться в этих чувствах.
Я осталась сидеть в тишине, прося себя о силе, чтобы противостоять тому, что пролегло, между нами.