Я шевельнулась, желая большего. И шире раскинула ноги. Он откликнулся мгновенно. И со стоном проник в меня языком. Я ахнула.
- Ты на вкус как дорогое вино, пьянящая и горячая...
Его слова эхом отдались в моём холме наслаждений. Его язык выскользнул наружу и закружил возле жемчужины, ритмично и сильно, а потом снова нырнул вглубь...
- Ох боже! Что ты со мной делаешь? - простонала я.
- Делаю тебя своей, - чуть слышно откликнулся он.
Глава 67. Николь.
- Винсент… - отрывистый шепот вырвался у меня непроизвольно и был похож на тихую мольбу.
Он поднял голову. Растерянность и страсть были в его ярких глазах, пытливо вглядывавшихся в моё вспыхнувшее лицо.
- Ты хочешь, чтобы я прекратил? - хрипло выдохнул он.
Я с силой затрясла головой. «Нет же, нет». То, чего я хотела, было невозможно выразить словами.
Улыбка, тронувшая его глаза, была какой-то неживой, и все же, прежде чем он опустил ресницы, я заметила, как в темных глубинах огромных зрачков сверкнуло удовлетворение. Винсент уткнулся в ложбинку между грудями и стал исследовать ее губами и кончиком языка. Его теплое дыхание, скользившее по коже, поднимало во мне жгучие волны возбуждения.
- Встань, - прозвучал его властный приказ, и я оказалась не в силах ему противостоять.
Винсент стянул рукава ночной сорочки с моих плеч, и она стала спадать. На какое-то мгновение она задержалась на бедрах, сделав меня похожей на ожившую статую, ноги которой задрапированы нежной тканью. Винсент пристально смотрел на меня, переводя взгляд сверху вниз, не оставляя без внимания ни один изгиб моего тела. Потом тот же путь проделали его руки. С груди они скользнули на талию, обхватили бедра и вместе с падающей сорочкой спустились по ногам на пол. Сорочка с шуршанием смялась и накрыла мои щиколотки.
Выражение лица Винсента было таким, словно он испытывал сильную боль. Глядя на него, я почувствовала, что со мной творится что-то странное. Я стояла неподвижно, прижав руки к бокам, а где-то в глубине сердца рождалась трепетная нежность. Никогда в жизни я не испытывала такого удивительного желания, которое охватило сейчас - отдать себя. Я хотела его, хотела делать то, что ему нравится, хотела быть такой, какая была ему нужна. В этот момент мне вдруг показалось, что я создана именно для того, чтобы отдаваться... ему. Это был единственный способ утолить нестерпимый голод своего тела и своей души.
Его настойчивые пальцы требовательно сжали мои бедра, когда он встал на колени и притянул меня к себе. Положив руки ему на плечи и закрыв глаза, я запрокинула голову так, что сверкающая волна волос коснулась моей спины. От влажного и жаркого прикосновения его языка, кружившего вокруг пупка, у меня перехватило дыхание. По мышцам живота пробежал огонь наслаждения. Винсент вновь приник к потаенному треугольнику, и мои ноги задрожали. Я почувствовала его дыхание, и весь мир вдруг перевернулся с ног на голову. Меня, словно, понесло куда-то далеко-далеко, в не отмеченную ни на какой карте страну, которой правят только чувства.