- Что вы думаете об этом вечере? - спросил он, останавливаясь у маленького фонтана.
- Это... очень насыщенный вечер, - ответила я, стараясь выбрать слова. - Я испытываю множество эмоций. На самом деле, мне нужно было немного времени, чтобы разобраться в своих мыслях.
- Иногда именно тишина подсказывает нам ответы, - заметил он, внимательно следя за моим выражением лица. - Я верю, что каждый вечер, подобный этому, способен стать началом чего-то нового.
Его слова что-то тронули в моём измученном сердце. Я смотрела на этого мужчину и понимала, что он был прав. Мне очень хотелось продолжить знакомство с Теодором, забыв про Винсента так же, как он забыл про меня и моё существование.
Стоило мне ещё раз взглянуть на него, как тело охватила дрожь. Я поняла, что вышла на улицу в одном платье, оставив накидку внутри, и от этого мне стало холодно.
- Ох, кажется, Вы замерзли, - произнёс Теодор и начал снимать с себя свой фрак, предлагая его мне.
Я уже хотела его принять, как позади послышался недовольный голос:
- Ну и, что мы тут делаем?
Глава 42. Винсент.
Да, я знаю, что продолжил вести себя отвратительно по отношению к Николь, даже после нашего с ней разговора, вплоть до сегодняшнего дня. Когда я хотел, пойти ей на встречу, внутри меня что-то словно обрывалось и я просто стоял как вкопанный в землю. Я видел её взгляд, видел, как ей была неприятна, одна лишь мысль о том, что она повторно доверилась мне...
Часы отсчитали время до вечера бала у принца Леонарда. Я стоял в холле, собранный и сосредоточенный, ожидая Николь и контролируя последние приготовления слуг. И вот, в момент, когда я был поглощен беседой с одним из них, она появилась. Она подошла ко мне, и вся моя решимость сказать ей о её великолепии испарилась. Слова застряли где-то в глубине души, не находя выхода.
- Винсент, нам нужно поговорить, когда будет возможность, - произнесла она, когда подошла ко мне.
- Хорошо, - ответил я, хотя по её лицу видел, что она была напряжена, а значит и разговор должен был быть не особо приятным.
Я протянул ей руку, предлагая проводить до кареты, стоявшей у крыльца. Николь приняла мою руку, и я почувствовал, как в тишине вечера между нами повисло нечто большее, чем простое ожидание. Каждый шаг к экипажу казался вечностью, и я старался не думать о том, как сильно хочу исправить свои ошибки. Мы шли в молчании, и в голове не отпускали мысли о том, как я не первый раз игнорирую её чувства. Как мог я быть таким невнимательным?
Когда мы добрались до кареты, я открыл дверцу и помог ей сесть. Момент, когда она расположилась внутри, показался мне особенно значимым. Я сел рядом и, прежде чем закрыть дверцу, посмотрел на неё, стараясь прочитать её эмоции.