Он странно теперь смотрелся. Непривычно. К тому же явно пытался прямо во время танца заключить очередную сделку, что раздражало его даму. Капризница Ранья, владычица клана ночных сидов, скучающе зевала, пока Каген увещевал «обменяться тенями». Предлагал ключ от тюремного анклава, в котором король Оберон заключил могущественных созданий, способных усилить армию Капризницы, а взамен просил всего лишь заброшенную крепость на границе с Домом Хаоса. Ту, что прежде Дому Хаоса и принадлежала, но после долгой кровопролитной войны перешла к Дому Дерева и расширила владения Капризницы.
— А, это та, где остался сердечник того существа? — звонко рассмеялась демоница. — Оставь себе свой ключ, Купец. Я не стану будить тех, кого лучше оставить в покое.
— Все-таки подумай, — желчно проскрипел бушук. — Цена отличная. Но я открыт для торга…
Дзимвел уловил только часть разговора, дальше поток вальса унес их с Дорче Лояр дальше. Ларитра тоже услышала эти слова, потому что сказала:
— Все-таки Каген немного ограничен. Его интересует исключительно прибыль.
— Недаром его имя означает «Жадный», — согласился Дзимвел.
— Да, это забавно, — улыбнулась Дорче Лояр легкой, чуть ироничной улыбкой. — Кстати, известно ли тебе, что означает имя «Дзимвел»?
— «Счастливец».
— Если быть точным — «Не знающий горя». Но твой вариант короче — и он тебе очень подходит. Тебе известно, отчего именно тебя я выбрала в качестве сопровождающего?
— Я полагал, что меня порекомендовали Темный Господин и Матерь Демонов.
— Это так. Но окончательный выбор был за демолордами. И Купец избрал Болезнетворного, а я — тебя. Почему, как ты думаешь?
— Предполагаю, что дело в моем шарме, — чуть улыбнулся Дзимвел.
Немного самоиронии — разрядить обстановку. Но Дорче Лояр не поддержала шутку. Напротив, пристально посмотрела Дзимвелу в глаза и сказала:
— Ты иронизируешь над самим собой, поскольку считаешь, что выбор был формален, и я просто согласилась на того, кого мне предложили. Но дело действительно… не в шарме, конечно, у меня не было прежде возможности его оценить. Просто ты мне интересен, Пресвитер.
Танцующие вокруг пары куда-то исчезли. Растворились в тумане. Остались только Дзимвел и его рука на гибкой талии. Другую сжимала юная красавица… и в ее глазах он правда видел неподдельный интерес.
И в ауре тоже.
Дзимвел напомнил себе, что перед ним ларитра. Ларитры не испытывают чувств. Не в привычном для людей и фархерримов понимании. За этими теплыми очами холодный расчетливый дым, ожившее божественное дыхание.
Но ларитры превосходно умеют любые чувства имитировать. Именно они в Паргороне занимаются такими вещами, как шпионаж и дипломатия. Ларитры с легкостью выдают себя за кого угодно и предстают такими, какими их желают видеть.