— Поиграй с песочком, я погуляю рядом, поищу крабов, — велела мама.
— Кьябы! — обрадовалась Ао. — Я тозе поисю!
— Не надо, лучше посиди на месте, не то потеряешься, — снова улыбнулась мама.
Взрослая, настоящая Ао оцепенела, зная, что сейчас случится. В ее воспоминаниях мама была самой красивой, самой доброй, и Ао не помнила этой вымученности маминой улыбки. Не замечала, что та, поднимаясь с песка, прячет взгляд, а отряхивающая подол рука стиснула ткань платья так, что побелели костяшки.
— Не уходи, — прошептала демоница. — Пожалуйста.
Девочка послушно осталась. Малышка немного помочила босые ножки в приливной волне, а затем принялась за строительство.
Замок сам себя не возведет, знаете ли.
— Здесь нуен фойт! — распорядилась она. — Пьякьятые авайцы не пряйдут!
Она набирала полные кулачки песочной жижи, и та лилась, формируя что-то, что скорее уж напоминало причудливый термитник. Но маленькой Ао больше нравился процесс. Время от времени она чуть тревожно озиралась, но видела вдалеке маму, бредущую вдоль пляжа с корзиной. Это ее успокаивало. Наверное, мама уже что-нибудь нашла, и сегодня будет большой ужин!
Нет, сытный. Да, это слово.
Замок какой-то не такой. Надо украсить. Ао снова метнула взгляд вдаль, выцепив танцующее на ветру пятнышко маминого платья. Далеко мама ушла. Может, за ней? Нет, мама сказала сидеть тут. Но ракушки рядом нет. Наверное, недалеко уйти можно. Только за ракушкой там, или за палочкой, или еще чем-то.
Демоница смотрела то на девочку, то на удаляющуюся маму. Вот девочка встает, начиная со скуки искать ракушки, забыв про кучу песка, уже размываемую прибойной волной.
Настоящая Ао на одеревеневших ногах двинулась за мамой. На полпути обернулась к малышке, не в силах оставить ее тут.
Но уже ничего не исправить. Все уже случилось. Девочка увидит, что мама исчезла, но долго будет стоять на месте, стараясь не плакать — мама просто увлеклась, но сейчас вернется. Позже она встретит тетушку Ги, та спросит, что случилось, вместе с ней поищет маму, но окажется, что та куда-то пропала, и тетушка отведет ее в цирк, а потом Ао так с ним и уедет…
Нагнать маму не составило труда. Та обернулась, убеждаясь, что маленькая Ао ее не видит, и ушла за поросшую рогозом косу.
Ао пошла следом. Вот и все. Сейчас она сама все увидит. Убедится, что старик солгал.
Там был он. И была мама. Корзина в ее руках пустовала. Она держала ее, опустив плечи и склонив голову. Ветер задувал ей в лицо сухие локоны, и Ао видела за их тенью лишь жесткую линию рта. Папаша Гу — еще молодой, без грима и очень серьезный, стоял перед мамой и тихо говорил.