* * *

Эля и Скорпион начали новую жизнь на Эверии. Их взаимодействие становилось глубже с каждым днём. Эля замечала, как постепенно меняется Скорпион: из мужчины, который носил боль как броню, он превращался в того, кто позволял себе быть уязвимым. Он начал делиться не только старыми ранами, но и светлыми воспоминаниями о Витаре, о тех редких минутах, когда мир казался правильным. Однажды вечером, когда небо над Эверией рассыпалось мириадами огней, он тихо произнёс:

— Витар учил меня смотреть на звёзды. Говорил:«Смотри на звёзды, брат. Они такие же мощные, но они не разрушают — они светят» . Я тогда не понимал, что он имеет в виду. А теперь понимаю.

Эля молча взяла его за руку, переплетая пальцы, и они долго сидели так, не говоря ни слова, просто позволяя тишине говорить за них. В эти мгновения между ними не было ни прошлого, ни страхов, только настоящее, хрупкое и бесконечно ценное.

Свадьбу они сыграли скромно, почти незаметно: тихий вечер в кругу самых близких. Эля пригласила Мираэллу и тех, с кем успела сдружиться. Рокко пришёл со своей бывшей и Эля наконец познакомилась с ней: оказалось, что за строгой внешностью и резкими интонациями скрывается женщина, умеющий смеяться так, что даже самые тяжёлые мысли разлетались, как сухие листья на ветру.

После медового месяца, проведённого в курортной зоне на острове планеты «Дельта-Оазис», они всерьёз задумались о большом доме, о месте, которое можно назвать своим навсегда. Рокко, как всегда, оказался тут как тут:

— Слушай, тут есть участок чуть дальше по линии от моего дома. Земля хорошая, ровная, и вид такой, что хоть картины пиши. Если возьмёте — будем соседями. Ну, знаешь, я там что-нибудь изобрету, ты придёшь ругаться, что опять что-то гудит… идеальная жизнь!

Скорпион усмехнулся, но в его глазах мелькнуло что-то тёплое.

— Ты всегда знаешь, как продать даже кусок пустыни.

В итоге они купили эту землю, а дом Эли выкупил Алор.

Что касается Алора, он не торопился покидать Эверию. С каждым днём его всё чаще видели в компании Мираэллы — они вместе пили кофе на террасе кафе у порта, подолгу разговаривали, смеялись редко, но так, что этот смех звучал особенно. Эля никак не могла понять, какие чувства на самом деле живут между ними. Казалось, дальше дружбы дело не продвигалось, и от этого Мираэлла становилась всё тише, а её глаза — всё печальнее. В конце концов она улетела на родную планету вместе с дядей, оставив после себя лишь лёгкую грусть и недоговорённость. Алор не хотел говорить на эту тему даже с Элей, и она не стала лезть в его душу, просто оставила дверь приоткрытой: на случай, если однажды ему захочется просто выговориться.