— Спасибо, Рокко, — сказала она, глядя ему прямо в глаза, когда он закончил. — Правда.

Он пожал плечами, будто это был пустяк, вроде того, как подсказать дорогу до ближайшего кафе, но в этом жесте было столько скрытой заботы, что Эля вдруг поняла: за всей этой бравадой и иронией прячется тот, кто умеет быть надёжным.

— Не благодари, пока не вернёшься, — буркнул он. — Сначала сделай дело. А потом уже будем праздновать. Или горевать. Но лучше праздновать. Потом расскажешь, чем всё кончится. Мне для вдохновения нужно. Может, даже песню напишу. Трагическую. Или героическую. Посмотрим по настроению.

Эля улыбнулась.

— А теперь нам нужно тебя преобразить так, чтобы мама родная не узнала, — заявил Рокко, окинув её критическим взглядом, как художник, оценивающий холст перед тем, как начать творить.

Эля напряглась, а Алор нахмурился.

— Парик, одежда и побольше краски на лицо, — усмехнулся Рокко. — Ну, не буквально «побольше», а в меру. Чтобы не выглядела как праздничный фейерверк.

— И где я это всё достану? — взглянула она на Алора, будто он мог по щелчку пальцев материализовать гардероб.

Рокко закатил глаза так выразительно, что, казалось, увидел даже обратную сторону потолка.

— Я ж артист и изобретатель… у меня много чего имеется, — и подмигнул. — Скоро буду, ждите.

Как только Рокко скрылся за дверью, Алор мягко повернул Элю к себе лицом. В его взгляде не было ни упрёка, ни гнева, только тихая тревога, которая звучит громче крика.

— Не думаю, что это хорошая идея, — тихо сказал он. — Лучше останься здесь, как мы изначально договаривались. Здесь ты в безопасности.

— Нет, — непреклонно покачала головой Эля, и в этом «нет» прозвучала вся её решимость, выкованная из страха и надежды. — Я с ума сойду в ожидании. Да и тебе понадобится помощь. Может, нам придётся буквально выкрасть Скорпиона, и один ты не справишься. Я лечу с тобой. И точка.

Алор пытался спорить, подбирая слова, которые могли бы её удержать, но Эля была непреклонна. Её глаза говорили яснее любых фраз: она уже приняла решение, и никакие доводы не смогут его поколебать.

Когда вошёл Рокко, они резко замолчали, будто их застали за чем‑то запретным. Он вручил Эле парик, комбинезон, ботинки с толстой подошвой и сумку, набитую какими‑то секретными штуками, которые позвякивали, как маленькие тайны.

— Когда собираетесь? — деловито спросил он, ставя сумку на стол с таким видом, будто это был не набор для тайной операции, а обычный набор для пикника.

— Завтра ночью, — тут же выпалила Эля, а Алор лишь от досады поджал губы, признавая поражение в этом споре. — С утра я съезжу в центр, выпрошу ещё месяц на адаптацию, заплачу за дом на полгода вперёд, а ты, Рокко, присмотришь за домом и за Мурлыкой с Нарциссой. А пока мы с Алором будем лететь трое суток, то разработаем план.