На тумбочке у кровати стоял наполовину пустой стакан с водой.

Или наполовину полный?

Григ подумал об этом немного и решил, что вода всегда остаётся водой, а у него пересохло в горле. Он сел, опустив ноги на холодный пол. Выпил воду. Внимательно прислушался к ощущениям.

Так всё было раньше или иначе?

Одежда нашлась небрежно брошенной на стуле в изножье кровати. Григ оделся, почесал грудь — шрама не было, но кожа напротив того места, где должно быть сердце, зудела. Осторожно подойдя к приоткрытой двери, Григ прислушался.

За дверью тихонько разговаривали, он слышал невнятное «бу-бу-бу». Это внушало опасения, но Григ больше не мог оставаться в неведении.

Он открыл дверь и вышел в соседнюю комнату.

Тут было куда привычнее.

Большой круглый стол из искрящегося стекла, в центре стола — хрустальная ваза, заваленная экзотическими фруктами. На стуле, забравшись с ногами, сидел Август-Роберт Кларк, в кресле рядом — немолодая смуглая женщина со следами старого ожога на лице, на металлической табуретке, сваренной из обрезков рельс, чёрный каменный тролль. У ног тролля били по полу хвостами мастиф и самоуверенная такса. За окном вставали горы, с покрытыми белым снегом вершинами и густо-зелёным лесом на склонах.

В небе над горами парил белый дракон.

— Фух… — сказал Григ, прислоняясь к дверному косяку. — Как же я рад вас видеть!

— Даже меня? — поинтересовалась женщина.

Григ махнул рукой — да, даже её.

— Я ведь что подумал, — объяснил он. — Когда открыл глаза в этой убогой комнате…

— Эй, — сказал Креч. — Это моя настоящая комната! Я тебе приснил свою комнату!

— Не сомневаюсь, — фыркнул Григ. Присел, обнял подбежавшего мастифа, взял на руки бешено крутящуюся таксу. — Тихо, тихо, вот он я… Так вот, первой мыслью у меня было, что я проснулся от кошмара. Всё, всё было кошмаром, а сейчас я открыл глаза — и я живой, я настоящий. Ты, Мария, к примеру, моя жена…

Женщина расхохоталась.

— Август-Роберт — сын, Креч — лечащий врач, придумавший как вывести меня из долгой комы…

— Страшно стало? — полюбопытствовал Креч.

— Жуть, — признался Григ. — А где этот… многоногий…

Креч и Август-Роберт переглянулись.

— В Замке. У него психологическая травма, — сказал Креч.

— Его вначале сожрали, а потом им погадили в углу, — уточнил Август-Роберт. — Он к такому не привык.

— У Клифа странное чувство юмора, — согласился Григ, гладя Апломбную таксу. — Что со Спиралью Снов?

Вместо ответа Август-Роберт бросил ему круглый медальон на цепочке. Григ поймал, глянул. Следов от молота больше не было, спираль была целенькой — сворачивалась в точку или разворачивалась из неё, как посмотреть.