— Это хорошая новость. — Я сел напротив, на край стола.

— А теперь плохая. — Она перевернула страницу, провела пальчиком по колонке цифр. — Расходы продолжают лететь вверх, Кит. С каждым днём. Сверхурочные охране, четвёртый этаж — еда, выпивка, клининг, прачечная. Я, конечно, понимаю — «зайки» нужны. Они лицо журнала. Но ты уже взял трех…

— Четырех

— Что прости⁈

— Завтра выйдет блондинка. Зовут Кристи. Оформи ее по нашему типовому договору.

— Еще одна⁉

— Да, пока последняя, обещаю.

— Ты с ума сошел! Так нельзя. Эти то трое — Китти кивнул наверх — Требуют свежих цветов, маникюр, укладку… Да мы на одних платьях им разоримся! Я прошу — притормози. Хотя бы на месяц.

Я молчал. Смотрел на неё, смотрел мимо неё, смотрел на карту. Зелёные булавки, красные булавки. Империя растет, империя ширится.

— Китти, — сказал я наконец. — Журнал, который экономит на мелочах, становится журналом мелочей. Я не могу позволить себе выглядеть мелочным. Никто не должен видеть, что у нас проблемы. Никто. Ни девочки, ни фотографы, ни журналисты. Потому что если они увидят, что «Ловелас» экономит на цветах, — завтра об этом напишет «Таймс». Херст найдет любой повод вцепиться в нас. И вот еще что. В редакции утечка, кто-то сливает информацию конкурентам.

— Что же делать? — испугалась Китти

— Адлер разберется. Это ее вопрос. Кстати, ей тоже нужно будет открыть финансирование по одному деликатному вопросу.

— Ладно… Тогда нам нужны ещё деньги. Где ты их возьмёшь, Кит? До января — ещё три недели, потом Брэдли не сразу пришлет выручку, надо будет ждать отсрочки.

Я прошёлся по кабинету. Мимо карты, мимо окна. Пять-шесть недель. Кредит в банке — и думать нечего. Они сейчас увидят мой баланс, увидят первый номер, увидят заголовки в «Канзас-Сити Стар» про арест тиража — и тут же заломят такие проценты, что я стану их вечным крепостным. А потом начнут совать нос в редакционную политику, предлагать «более консервативную стратегию», рекомендовать «надёжных людей в совет директоров». Нет уж. Один раз поступишь в кабалу к Чейз Манхэттену — на всю жизнь станешь их мальчиком. Эти зубры — пусти их к рулю — вернут себе все, что я у них украл чеками. Да еще с процентами.

Нужен другой ход. Нестандартный.

И тут я вспомнил о Дике.

— Китти, подожди ка минутку, — я снял трубку, крутанул диск.

Пока соединяли, я подошёл к двери, тихо щёлкнул замком. Мне не хотелось, чтобы кто-нибудь из штата вломился посреди разговора. Дика к телефону звали долго, и я успел вернуться за стол, пройтись шнуром мимо карты. Длинный, витой провод тянулся за мной, как послушная змея.