— Премного благодарны за приглашение, профессор.

Она не сказала ни «да», ни «нет». Вайс вежливо и учтиво поклонился им:

— Всегда буду искренне рад видеть вас.

Как только преподаватель развернулся и спешно удалился по аллее, Эдрик проводил его задумчивым взглядом:

— Слушай, а может, ты просто параноик и слишком подозрителен?

Каэль молча и пристально смотрел вслед удаляющейся фигуре профессора, а затем очень серьезно произнёс:

— Он соврал нам ровно три раза за эти две минуты.

Эдрик изумлённо уставился на него:

— Да откуда ты вообще можешь это знать⁈

— Потому что все паршивые и качественные лжецы всегда начинают свой разговор абсолютно одинаково, мальчик.

Лира слегка нахмурилась, уловив тон генерала:

— Что именно из его слов показалось вам ложью?

Каэль начал неторопливо загибать полупрозрачные пальцы:

— Во-первых, он заявил, будто неимоверно рад с тобой познакомиться, Эдрик.

— И что с того?

— Но он уже заблаговременно знал, кто ты такой, где тебя искать и с кем ты ходишь. Вторая ложь — он утверждал, будто всю жизнь занимается сугубо академической историей Великой войны.

— Но ведь он заведует этой кафедрой, это общеизвестный факт, — возразила Лира.

— Нет, — с убеждением качнул головой Каэль.

— Почему вы так уверенно это утверждаете?

— Настоящие кабинетно-архивные историки никогда не носят на фалангах пальцев характерологические мозоли.

Эдрик непонимающе вытаращился на него:

— Чего?..

— Ты внимательно смотрел на его кисти, когда он с тобой здоровался?

— Нет конечно, я на лице сосредоточился!

— А вот я смотрел, — отрезал Каэль. — И поверь, подобные специфические мозоли бывают исключительно у тех, кто ежедневно и очень много работает с тяжелым рубящим оружием.

Лира медленно обернулась в сторону той аллеи, где растворился профессор. В её глазах мгновенно вспыхнуло настороженное сомнение:

— А какова третья ложь?

Каэль на мгновение замолчал. Его лицо стало непривычно строгим, а голос прозвучал совсем тихо:

— По словам Вайса, он обратился к Эдрику. Но за всё время разговора он ни разу так и не посмотрел парню прямо в глаза.

— В каком это смысле? — переспросил Эдрик.

— Он всё время смотрел… — Генерал медленно перевёл взгляд на самого себя. — … прямо на меня.

Эдрик и Лира одновременно замерли, мгновенно осознав весь ужас сказанного

— Это невозможно, — первым нарушил оглушительное молчание Эдрик, мотая головой.

Каэль философски пожал полупрозрачными плечами:

— Вполне возможно, мальчик.

— Но если бы он действительно тебя видел…

— … Он бы ни за что не подал виду, — спокойно закончил за него генерал.

Лира задумчиво и настороженно смотрела вдоль аллеи, где растворился профессор Вайс: