Или тоже успел нахлебаться аспекта Смерти, или… Нет, просто устал. Будь у старика хоть какая-то подпитка, он наверняка сражался бы куда бодрее. Вместо того, чтобы кое-как ковыряться со своей острой железкой, пока я спасал его дряблые телеса, кромсая восставшую из холодной таежной земли нежить из последних сил.

Злоба шевельнулась внутри — но тут же улеглась. Горчаков наверняка понимал, что я заплатил за победу над упырями куда больше остальных. И в его вопросе, пусть тот и звучал не слишком учтиво, не было даже намека на осуждение или неприязнь. Он умел закрывать Основу от ненужных аспектов, а я все-таки нахватался Смерти. Однако именно это, как ни странно, и спасло наши шкуры сегодня — нравится это старику или нет.

Так уж вышло.

— Наглотался? — мрачно переспросил я. — А вы сами-то как думаете, Ольгерд Святославович?

— Да чего тут думать, Игорь? — Горчаков еще сильнее навалился на копье, отворачиваясь. — И так все понятно.

— Надеюсь, хотя бы вы в порядке. И остальные тоже. — А мне… ну, просто не повезло. — Я откинулся назад и уперся локтями во влажную землю. — В конце концов, аспект может прицепиться к любому.

— Не совсем, — поморщился Горчаков. — То есть, обычно да, так и есть, но в случае Смерти все несколько… сложнее. Врожденный талант к ней имеют очень немногие. Пу сути — только потомственные некроманты.

— Которые почти все исчезли, и давным давно. Моего отца вы знали — и куда лучше, чем я знал его сам, — усмехнулся я. — А что касается матери — она не была Одаренной. И очень вряд ли в ее роду хоть когда-то попадались темные колдуны.

— Бывает и другое, Игорь. — Горчаков снова скривился, будто разом сжевал целую половинку лимона. Похоже, мои попытки острить только портили ему настроение — хотя, казалось бы, куда еще? — Смерть, как ей и положено, ненавидит Жизнь. Эти два аспекта всегда тянутся друг к другу, и не всегда побеждает тот, который… В общем, иногда некроманты получаются из целителей. И если у тебя есть…

— Аспект Жизни — восемнадцать единиц… Ну, то есть, было, — на всякий случай уточнил я. — Полина — целитель. Видимо, мы оба унаследовали Дар не от отца, а от других предков.

— Тогда все понятно. — Горчаков смахнул рукой с лица прилипшие ко лбу мокрые от пота седые космы. — Жизнь, значит… Вот оно как вышло, получается. Боевая магия, кадетский корпус — а мог бы людей лечить.

— Полагаю, сейчас менять специализацию уже поздно. — Я пожал плечами. — А что касается Смерти… Чем она так уж сильно отличается от других аспектов? Разумеется, я не планирую полноценно осваивать некромантию, но раз подвернулась возможность…