В подлинном смысле структура торговли между миром ислама и христианским миром менялась на противоположную. Там, где некогда Европа ввозила ткани с Ближнего Востока, теперь она продавала ткани и ввозила сырьё. Меняющиеся торговые отношения ярко иллюстрируются привычным ближневосточным удовольствием — чашкой кофе. И кофе, и сахар, которым его подслащивают, были впервые привезены в Европу с Ближнего Востока. Кофе, первоначально попадавший с южной оконечности Красного моря, вероятно, из Эфиопии, был завезен в восточное Средиземноморье в XVI веке и оттуда распространился в Европу. До последней четверти XVII века кофе был важной статьей экспорта из стран Ближнего Востока в Европу. Ко второму десятилетию XVIII века голландцы выращивали кофе на Яве для европейского рынка, а французы даже экспортировали кофе, выращенный в их вест-индских колониях, в Турцию. К 1739 году вест-индский кофе упоминается так далеко на востоке, как Эрзурум в восточной Турции. Колониальный кофе, привозимый западными купцами, был дешевле кофе из района Красного моря и значительно сократил его долю рынка.

Сахар также был первоначально восточным новшеством. Впервые очищенный в Индии и Иране, он импортировался Европой из Египта, Сирии и Северной Африки и был пересажен арабами на Сицилию и в Испанию. Оттуда он был доставлен на среднеатлантические острова, а затем в Новый Свет. И здесь вест-индские колонии предоставили возможность, которой не преминули воспользоваться. В 1671 г. французы построили в Марселе сахарный завод, с которого экспортировали колониальный сахар в Турцию. Потребление там чрезвычайно возросло, когда турки стали подслащивать свой кофе, возможно, из-за более горького вкуса вест-индского зерна. До тех пор они полагались главным образом на египетский сахар. Вест-индский сахар был дешевле и вскоре занял господствующее положение на ближневосточном рынке. К концу XVIII века, когда турок или араб пил чашку кофе, и кофе, и сахар были выращены в Центральной Америке и ввезены французскими или английскими купцами. Местного происхождения была только горячая вода.

Другим важным товаром в этой новой торговле был табак. Это было совершенно новым для исламского мира, и его завезли английские купцы из американских колоний. Историк Печеви, писавший около 1635 года, так говорит о том, что он называет «появлением зловонного и тошнотворного табачного дыма»: «Английские неверные, — говорит он, — завезли его в 1009 году [1601 г. н. э.] и продавали как средство от некоторых болезней влажности». Однако его употребление быстро вышло за пределы якобы лечебных целей. Им завладели «искатели удовольствий и сластолюбцы» и даже «многие из великих улемов и власть имущих». В ярком отрывке Печеви описывает немедленную популярность этого нового порока и его последствия. «От беспрестанного курения кофейного отребья кофейни наполнялись синим дымом до такой степени, что находившиеся в них не могли видеть друг друга». Даже в общественных местах пристрастившиеся отравляли воздух. «Их трубки никогда не покидали их рук. Дымя в лицо и глаза друг другу, они заставляли улицы и базары смердеть». Несмотря на эти и многие другие дурные последствия, «к началу 1045 года [1635–36 гг. н. э.] его распространение и слава были таковы, что не поддаются ни описанию, ни выражению».[258]