Кстати, там в комнате прислуги остался мой обед. И было бы неплохо сейчас впиться зубами в прожаренный кусок мяса. О, я прекрасно помню этот запах, аж слюнки потекли!

И снова я не о том… Трудно удерживать мысли.

Кстати, расклад в бою сильно меняется, если маг получает подпитку от богов. Раньше я думал, что их всего двое. И подозревал, читая в трактатах, что в глубокой древности их было больше.

Я думал, что есть лишь Бездна и Небо… А оказывается, остались лишь Бездна и Небо. И теперь я подозреваю, что и в мою прошлую вселенную они явились извне.

То же самое ждёт и этот мир. Богов много, и они заняты непонятной вознёй между собой и танцами на ветвях Вечного Древа. И не подозревают что их дни… или годы… сочтены.

Я вспомнил Отца-Небо, как они с Бездной принимали решение о моём будущем. И цербера на его коленях.

Тогда я не понял, что это значило. Но теперь до меня, вестника тугодумия, кажется, дошло. Отец-Небо сам сделал шаг в сторону равновесия, принимая не только светлое, но и тёмное…

Вот только Бездна считает это победой. И это действительно победа, потому что её главный соперник отступил.

Но нет, хитрец Небо просто направил меня, бывшего Тёмного Жреца, на борьбу с ней. Не похоже, чтобы Отец-Небо сам ступил на тёмный путь, желая уничтожения миров.

Кажется, он понял важную вещь… Как её понял и Хморок, сидящий где-то во мне.

Этот мир должен сам противостоять Бездне. А если это сделает Отец-Небо, то этот мир будет лишь в череде сгоревших в пламени или погрузившихся во Тьму.

Так, Всеволод… То есть, Малуш…

Что-то надо делать, потому что я чувствую, что меня так и затягивает в омут праздных размышлений. Сколько времени прошло?

Попробую ещё раз послушать тело. Да смердящий ты…

* * *

— … свет! — вырвалось у меня.

Да, боль была, можно так сказать, единственным агрегатным состоянием этого тела. Боль была внутри, боль была снаружи, боль была везде…

Я плавал в боли. Я летал в ней. Я…

Остановись, Всеволод! Стой, не сворачивай сознание…. Нельзя!

Я каким-то образом понял, что если останусь там, в замкнутой частичке, то могу и не вернуться. Потому что разумы варвара и Тёмного Жреца отличаются довольно сильно.

Ну, кстати, в этот раз и не так уж больно. Зато можно понять, что произошло со мной там, когда я напал… точнее, хотел спасти Феокрита.

Судя по ощущениям, у меня болят вены по всему телу. Они как бы опалены изнутри, и я до этого момента даже не подозревал, что такое бывает. Получается, этот вестник… да он просто засранец! Однозначно, он перехватил моё же бросское пламя, либо же как-то смог его остановить, и выбил обратно в моё же тело.