Кутень оказался в нужных зарослях через пару мгновений и доложил мне обстановку. Вот только у меня пока сил совсем не было воевать.
Я устало опёрся спиной о телегу и лениво повёл рукой, указывая направление:
— Там всего трое. Лучники, из оружия только луки и кинжалы.
Десятник, прищурившись, отдал короткий приказ. Один из юнцов со щитом и другие двое дружинников тут же скрылись в траве.
Я ткнул пальцем в другую сторону, в проём между телегами.
— Там двое мимо бегут, ни хрена не видят. Это наши, сюда их хватайте.
Второй юный щитоносец и десятник без вопросов рванули туда. Через мгновение послышались вскрики, а потом воины свалились обратно, волоча двоих орущих бедолаг и сбивая с них пламя.
Это оказались уцелевшие работники таверны. Едва целитель унял их боль от ожогов, как они, ошарашенно кивая, подтвердили мои слова о том, что в конце обоза ещё кипит бой вокруг кареты.
— Всё именно так, как говорит этот…
— Бросс Малуш, — с нажимом сказал я, тыкая пальцем себе в грудь, — Меня зовут Малуш.
Бедняги даже шарахнулись от моего тона, а я лишь усмехнулся. Думаю, к концу этого боя тут у каждого от зубка будет отлетать моё имя.
— Надо к ним прорываться, — задумчиво пробормотал десятник.
— Нет, не надо, — я ткнул десятника в плечо и показал в сторону, — Туда, быстро, меч к бою.
Тот, повернувшись, шагнул к другому краю телеги, и тут же насадил на клинок удивлённого лучевийца. Только-только выскочивший противник такого явно не ожидал.
Десятник тут же вернулся назад, пригибаясь, и сел рядом. В этот момент зашуршали кусты — это с поля вернулась троица, деловито отчитавшись о том, что лучники перестали быть.
На несколько секунд повисла тишина.
— Ты, Малуш, охранял раньше купцов? — спросил всё же десятник, — Откуда столько знаешь?
— Ну, довелось немного, — проворчал я, опустив тот момент, что раньше я в основном организовывал нападения на караваны Ордена Света.
— Ты хороший воин. Меня Алек зовут, — нехотя сказал десятник, — Что нам… кхм… посоветуешь, Малуш?
— Дай-ка подумать…
Растянувшись в улыбке, я всё же поднялся, опираясь на посох. Бросская кровь, получив дозу лечения от целителя, уже разогрелась и сама наполняла мои жилы мощью.
И в поле неподалёку уже шуршала громадная колючая подмога, по которой я успел соскучиться. Видимо, это бард перестраховался.
Кутень радостно передал мне мысленное: «Бам-бам-бам!» Да слышу я, слышу.
— Ты, десятник Алек, главное, здесь позицию держи. А я, Малуш, твоих вытащу, — с этими словами я шагнул в траву.
Глава 26
Я и не думал, что так соскучился по наглой морде медоежа. Оседлав Бам-бама, я в считанные секунды доехал до самого конца горящего каравана. Кстати, по пути мы откусили головы ещё паре удачливых лучевийцев, которые намеревались обойти нас с другой стороны поля.