— Я сейчас не лиственник, — проворчал я, грубо срывая с дружинника нагрудник.
Потом, разорвав на нём боковые заклёпки, я толкнул медоежа к выходу. Зверь удивлённо уставился, когда я накинул ему на спину некое подобие седла, сделанное из доспеха.
— Поработаешь лошадью, — сказал я, вскакивая на него. Потом я всё же ласково потрепал зверя по колючем загривку, — У твоего бывшего хозяина наверняка завалялись ещё шелкопряды. Они все твои, если догонишь.
Было глупо думать, что медоёж меня поймёт. Но он понял… И рванул так, спрыгивая в кратер, что я едва смог удержаться, хватаясь за его иголки. Ну, вот теперь это точно погоня.
Глава 8
Уже когда медоёж набрал скорость, я понял, что мы не зря спешим. Яма, в которую превратилось подземелье, теперь была похожа на амфитеатр, по верхним краям которого стояли остатки цеха Сидора. И вся эта конструкция теперь надсадно скрипела и трескалась, угрожая обвалиться внутрь.
Вверху ещё кипел бой — люди Сидора явно не желали сдаваться. Но надо отдать должное дружинникам кнеза, они сориентировались быстро. И едва я пронёсся на медоеже по дну кратера, оставшегося от подземелья, как сверху посыпались копья, стрелы и даже магические залпы.
Я теперь вполне сносно владел «огненным яйцом», превращая его в настоящий щит. Вот только медоёж был гораздо массивнее меня, и чтобы прикрыть его колючую задницу от прилетающих снарядов, приходилось рассеивать защиту. Правда, в таком случае она теряла крепость.
Мой ёжеконь, к счастью, соображал явно быстрее меня, и, не дожидаясь команды, каждый раз нырял под укрытие скрипящих и грозящихся рухнуть плит. Нависающие со всех сторон плиты перекрытий служили отличным щитом, но признаться, в этот момент я думал, что глупо было бы погибнуть под нечаянным завалом.
Некоторые дружинники героически спрыгивали с этажа на этажа, пытаясь угнаться за нами. Тут и там врезались огненные и воздушные снаряды, выбивая нам в лицо каменную пыль.
Примерно на полпути до входа в секретный лаз часть цеха всё-таки обвалилась — целый этаж с несколькими комнатами, накренившись, съехал вниз и ссыпал прямо передо мной целый отряд. Точнее, две воюющих оравы…
Поднявшаяся пыль и общий страх, что всё сейчас совсем рухнет, на несколько мгновений ослабили обстрел. И я, недолго думая, рванул дальше через пылевое облако.
Дружинники, обученные ратному делу, довольно легко справлялись с бандитами, потому что каждый прикрывал друг другу спину. Шавки же Сидора в этот момент были каждая сам за себя, но, надо отдать им должное, дрались словно львы.
Мне некогда было участвовать в общей потасовке. Вот только и дружинники, и бандиты, едва завидев всадника на монстре, вылетающего из грязного тумана, сразу принимали меня за врага. И если одни бросались наутёк от страха, то другие сразу же кидались в атаку.