А потом всё кончилось…

* * *

Несколько секунд мне понадобилось, чтобы сообразить, какая звенящая тишина вокруг. Кажется, меня перевернула какая-то сила.

Ослепшими глазами я уставился во Тьму. Ну, здравствуй, родная стихия…

Донеслось приглушённое рычание взрослого цербера. Вот же я вестник невезучести! Он где-то совсем рядом, и значит, скоро сожрёт меня…

Свет смердящий! Я же не репетировал свою речь перед Отцом-Небом.

«Так, мол, и так. Вышло недоразумение, наш договор всё ещё в силе. Давай-ка быстренько ищи мне другое тело в том мире, во второй раз точно всё получится… Ах, да, и прольётся свет смердящ… кхм… под твои ноги…»

Нет, Отец-Небо не терпит лести. Как и я.

Да как же всё звенит-то! И при этом тихо!

Солёная кровь хлынула мне на лицо… Я чувствовал её густой мясной запах, как она тёплым потоком льётся с подбородка до лба… Потом назад. Потом опять вверх.

И пахнет слюнями теперь почему-то. Да и не рычание цербера это было…

— Да твою ж! — вырвалось у меня, но вылетел сиплый вздох. Отбитые взрывом лёгкие вообще не хотели ничего кричать.

И всё же бросская кровь хороша. Потому что спустя секунду я очнулся и вскочил, отталкивая облизывающего меня медоежа.

— А ну, расщелину тебе в душу! — я пошатнулся, но устоял.

Вокруг чадил дым, перемешанный с витающей в воздухе солью. Мой план явно удался — даже опалённые раны на моих ладонях уже восстановилась, покрылись нежной розовой кожицей.

Я выскочил в коридор и зажмурился от яркого солнечного света. Ох, поглоти меня Бездна! Я думал всего лишь подорвать стену… а теперь смотрел на нехилых размером кратер, над которым нависала часть цеха Сидора. По счастливой случайности, силы взрыва лишь чуть-чуть не хватило до нашего укрытия.

Эх, там и одного мешка хватило бы… Ну, буду впредь знать.

Вниз из цеха катились, постепенно успокаиваясь, крупные обломки и части всяких соле-дробильных механизмов… А ещё раздавались крики раненых и ругань уцелевших — дружина кнеза, как ни странно, большей своей частью уцелела и теперь заглядывала вниз, в громадную дыру, пробитую взрывом.

— Малуш не виноват, — пробормотал я, разглядывая чернеющий с другой стороны кратера тоннель. Именно туда убежали Сидор со стражей, и Кутень заботливо показывал мне, что они уже вышли за городской стеной.

Я тут же вернулся назад, протиснувшись мимо медоежа, который так и чесал себе уши. Его тоже здорово оглушило.

Дружинник кнеза, которого я затащил к нам, уже очнулся и, вжавшись в угол, испуганно на меня таращился.

— Снимай доспех! — рявкнул я.

— Да как ты смее… — но возмущённый крик тут же оборвался ударом ноги в лоб. Пусть ещё полежит.