Вот и получилось, что бросская кровь, воспламенившись до божественного предела, едва не сожгла собственное тело. «А ведь должна была сжечь…» Эта мысль прочно засела в моей голове, и откуда-то я знал, что это — истина.

Но не сожгла. А почему?

В этот момент мой бедный разум, который пытался размышлять в оглушающем омуте боли, сдался. Да ну продрись небесная, какая разница, почему⁈ Да потому что я — Малуш, бросский варвар. И начхать, почему.

Варвар Малуш точно знает теперь одно — не стоит прыгать на магистра в полном магическом обвесе. С Агатой, обессиленной Магией Крови, мне просто повезло… А здесь же я ощутил в полной мере, что такое пятый ранг.

Шипя от боли, я приоткрыл глаза.

Я плаваю в какой-то жидкости… Цвет непонятный, как если бы траву смешали с глиной и насыпали в эту смесь льда.

Это каменная ванна, и она стоит в центре какого-то зала… Похоже на храм, потому что на краю зрения маячат тёмные статуи.

Темновато здесь для светлого храма. И холодновато… Вижу пар, клубящийся из моего рта.

— Варвар, ты очнулся? — послышался хриплый женский голос, и надо мной нависло лицо.

Оно расплывалось, но я подметил серебристое лицо, голубые глаза, бледную кожу… Это особая северная красота, и нет во всей Троецарии девушек краше, чем на Севере.

— Агата, — глупо улыбнувшись, прошептал я.

Сдаётся мне, какая-то часть моей души попросту втрескалась в Дочь Луны. Ну да, для варвара Малуша, наверняка девственника, та ночь в маяке запомнилась на всю жизнь.

— Моркатова стужь! — тёмные брови на бледном лице подскочили, — Варвар, откуда ты знаешь мою наставницу⁈ Ты видел её?

— Креона? — как-то растерянно спросил я.

— Именем Моркаты, это просто чудо! Десятки раз чудо! — Креона ткнула пальцем мне в лоб, чем-то намазав. В ноздри ударил едкий запах мышьяка, — Ту ещё и говоришь?

— Ну да…

— Дюжинник Анфим сказал, что это невозможно, что ты выжил. Никто не выживал после «тысячи вихрей».

Ого, вот оно как называется? «Тысяча вихрей»… То-то я думаю, ощущения такие, что меня очень долго били.

— Варвар, последний штрих. Приготовься, будет больно, — Креона, почему-то полностью обнажённая и слегка разукрашенная серебристыми мазками, приподняла над краем ванны плошку.

Я только успел удивиться… А до этого что, было не больно? Да и вообще, нельзя ли просто целителя какого позвать?

А потом она ссыпала в ванну какой-то порошок. Моя нижняя чакра успела сжаться в точку, предчувствуя, что сейчас будет больно… Точнее нет, даже не успела.

Я уж и забыл, что такое просто отключиться безо всяких магических практик. А ещё я забыл, что тело у Креоны тоже особой северной красоты.