— Так-то лучше, — донёсся довольный голос послушника.

Я только усмехнулся, продолжая набирать в руку шелкопрядов. Несчастный не догадывался, что зверю просто так удобнее вылезать через проём.

— Эй!!! Э-э… — голос послушника оборвался коротким рыком.

Когда медоёж просунулся обратно, меня в комнатушке уже не было. Скрываясь в темноте коридора, я кое-как смог протиснуться мимо огромной игольчатой задницы, которая с урчанием поглощала разложенных за дверью шелкопрядов.

Огненный посох, к сожалению, был перекушен. Ну да ладно, у меня топорище даже надёжнее… Чуть не поскользнувшись на крови, я кое-как нашёл в остатках послушника, разбросанных по коридору, связку ключей.

Затем я быстрым шагом направился по коридору. Через несколько секунд я оказался перед дверью, за которой томился бард. И скучал Кутень, которому уже надоело рычать на ловушку, скрывающуюся под соломой.

Скрипнул ключ…

— Ох, да согрейте меня Сияновы сиськи! — донёсся голос барда, — Ну и нашумел же ты там, громада!

— Кутень, ко мне, — приказал я.

Цербер послушно рванул. Ловушка тут же раскрылась, поглощая солому, и оттуда тут же вырвалась гарпия! Правда, совсем мелкая, поэтому она тут же получила по зубам дубиной.

Приключения с охранниками и медоежом уже достаточно меня разозлили, поэтому я перехватил извивающуюся гарпию за горло и просто запихнул обратно в портал Тьмы.

— А ну, пшла вон! — для верности я ещё и притромбовал её туда ногой.

Потом я, особо не церемонясь и не тратя время на поиски ключей, просто вырвал цепи, которыми был прикован к стене бард. Чуть подумав и поморщившись, я бросил цепи и, сломав замки, отогнул кандалы на руках у Виола.

— Видит Маюн, ты очень зол, громада? — спросил бард, с облегчением растирая запястья. Вставать он не спешил, сил у него явно не было.

— Да, сын Могуты, ещё как! — прорычал я, метая цепи на пол.

— Видишь ли, я бы мог всё… — тут Виол осёкся, — В смысле, Могуты? Раздорожского, что ли⁈

Я, прищурившись, посмотрел на него. Потом опустил топорище на его плечо, прижимая к шее…

— Да смердящий твой свет! — я покачал головой, чувствуя, что в таком состоянии у меня не получается удивляться, — Ты сын Нереуса из Моредара, но ты работаешь на… на Совет Камня⁈

Бард, подозрительно покосившись на топорище, чуть отстранился от него. Он открыл было рот, чтобы что-то сказать, но за спиной послышался робкий голос:

— Господин воин?

Мы оба уставились на мальчишку, просовывающего голову в камеру.

— А это… — начал было Виол, но я поднял руку.

— Что там, Лука?

Пацан пожал плечами, показывая назад:

— А там это, кнезова дружина воевать пришла.