— Светлого пути тебе, юный брат.

— Спасибо, — смутился мальчишка, — Вам тоже пусть Вечное Древо поможет…

— Ох, какая радость, юный брат, что ты в таком юном возрасте решил встать на путь истинный.

Я вздохнул, чувствуя, что внутри меня потихоньку просыпается и урчит раздражение. Назойливость этих двоих разрушала любое наваждение, и я понял, что у лиственников всё, как и в любой вере. Кто-то просто верит, а кто-то говорит, что верит.

Лиственники заулыбались, вне себя от счастья, что их не гонят взашей, а приветствуют, да ещё и в соответствии с их верой. К хорошему быстро привыкают, и оба выжидательно уставились на меня, взглядами будто требуя, чтоб и я продолжил угождать их тщеславию.

Я тут же сообразил, почему их так недолюбливает народ. Почему-то у этих двоих даже не возникло мысли спросить, а в каких храмах молимся мы с Виолом, и как надо нас приветствовать? Вот так вот гордыня и точит даже самые крепкие ордены.

— И вам нетёмного пути, — буркнул наконец я, — Что мне ваше Древо? Пусть Хморока вернёт.

У обоих отвисли челюсти, так резко я сбросил их на грешную землю.

Не разверзлись небеса за мою дерзость, не приложило меня никаким знамением, и никакой вселенской ветвью не хлестнуло. В то же время я почувствовал, что прав — этим двоим следовало напомнить, что кроме их Древа люди вокруг и ещё кого-то почитают.

А заодно у них теперь и мысли не возникнет, что я могу быть лиственником.

— Видит Маюн, громада, ты умеешь удивить, — прыснул со смеху Виол.

— Все знают, что боги — всего лишь гости на ветвях… — начал было опешивший Ферон, но я смерил его взглядом, и неудавшийся проповедник проглотил, что хотел сказать.

Возникла неловкая пауза, и некоторое время мы шли молча. Ну как молча… мы вообще-то потихоньку обгоняли этих лиственных оболтусов, а у меня было всё меньше и меньше желания с ними общаться.

Но эти вестники тупости, как назло, стали понукать свою клячу двигаться быстрее. И да, как я и думал, на передке никого не оказалось — лысые путешествовали вдвоём.

— Шум Древа направляет наши ноги к Моредару, — запыхтел, догоняя нас Ферон.

— Да, это очень важное путешествие, — добавил второй.

— У лиственников не бывает неважных путешествий, — назидательно сказал первый.

— Истинно так, брат Ферон.

Сдаётся мне, они и без нас неплохо беседовали.

— Что там у вас? Наверное, даже целая проповедь? — с деланным удивлением спросил Виол.

— Совет Священных Ветвей, — с гордостью сказал Херон, но тут на него цыкнул первый, и он сконфуженно потёр лысину, — Ах, ну да, сестра Лея же запретила говорить…

Тут меня что-то укусило изнутри, и я даже чуть придержал медоежа.