А вот Димон выдал себя, моргнув.

Я в прошлом теле играл как-то в Лондоне в небольшом турнире по спортивному бриджу, играли мы с партнершей против двух старушек, коим на вид было не меньше семидесяти. Мне надо было для выполнения контракта найти козырную даму. «Импас» шел в обе стороны, и вероятность угадать, у какой из бабусь эта дама — пятьдесят процентов. Я обвел престарелых дамочек пристальным взглядом неулыбчивого русского, и вдруг одна из моих соперниц заморгала! Да так мелко-мелко, что стало ясно — дама у неё. По итогу, сдачу мы выиграли.

— Димон, подарок верни, — тормознул я парня, устремившегося на выход. — У своих брать чужие вещи — западло.

— Это не чужое, она для меня слепила! А тут ты нарисовался, — вырвал рукав своей дешёвой курточки мелкий.

— Подарили мне! Ну! Или я Оле расскажу, — пригрозил я, по-прежнему не рассчитывая на понимание.

Мелкого проняло, крысой он боялся меньше быть, чем попасть под гнев подруги, и коробку тут же вернул.

— Что, первая любовь? — потрепал я его по голове, благо тот на эту голову ниже меня.

— Вот ещё! Да у меня полно девок! — гордо соврал он, не моргнув глазом.

— Надо и про это Оле рассказать. Пудришь ей мозги, а у самого девок полно, — якобы с осуждением сказал я, стараясь не засмеяться.

— Ты это… прости! Я бы отдал тебе перед отъездом, сказал бы что нашёл. Со психу схватил, пришёл с занятий, а коробочка на твоей кровати валяется, она ведь тебе не нужна даже! — неожиданно взросло и взвешенно пояснил свой некрасивый поступок Димка.

— Да ладно, чего там, я вообще постебаться хотел просто, ничего не скажу никому, — иду на выход я. — Не бить же тебя!

— Ещё неизвестно кто кого побьёт, — тихонько буркнул под нос мелкий.

— Я всё слышу! — не оборачиваясь, говорю я.

А ведь мой разум стал гормоны забивать, уже и думаю как взрослый мужик, и отношение к пацанам не как к ровесникам, а как к детям. Это чего, я скоро и баб буду своего возраста искать? Бррр… Нах, нах. Нет, там встречаются ещё, если не конфетки, то ухоженные и достаточно сексуальные, но в этом теле такая связь будет смотреться глупо, да и энергия и напор молодых заводит. Ай, пойду сегодня к Оксане, хоть и не звала, на четверг только у нас встреча намечена.

Облом, однако, ожидал меня вечером. Наш медик была не одна, с кем — неясно. Свет горел, играл мафон, дверь была закрыта.

«Ладно, у меня вся жизнь впереди, мне всего семнадцать лет только», — быстро утешил себя мысленно.

Слушаем новости по телевизору в столовой. Это для тех, кому на факультативах неинтересно. Мой слух уловил фамилию Шеварднадзе, а он уже, оказывается, министр иностранных дел! Пропустил этот момент. А Громыко куда делся? Листаю газеты, лежащие тут же, в столовой, и вижу, никуда не делся, он — председатель президиума верховного совета СССР. Высшая, между прочим, сейчас государственная должность. Мой мир. Почти. Натыкаюсь и на материалы, касающиеся предстоящего фестиваля молодежи. Блин, а он двадцать седьмого, чего у меня в голове двадцать пятое отложилось? Славненько, со сборов заранее срываться не стану.