— Что тебе ещё? — неприязненно спросила вторая, которая меня и селила.
Сопровождающий мой уехал, и они сразу осмелели. Вздыхаю и иду к телефону-автомату, решил звонить в милицию, поучить хамок жизни. Хлопаю по карманам в поисках двух копеек, а потом вспоминаю, что «ноль два» без монеты.
— Алло! Милиция? Я живу в гостинице «Советская», номер двести два, мне кто-то подкинул чужой чемодан в номер! Как фамилия? Моя? Штыба Анатолий. Нет, на стойке ничего делать не хотят, и старшего по смене не зовут.
Чья-то волосатая клешня нажимает на отбой, а её обладатель, мужик лет сорока с помятым, но волевым лицом, бесцветным голосом произносит:
— Что за сумка? Сейчас разберёмся!
— Да я не звонил никуда, просто пошутил, напугать хотел, — признаюсь я. — А вы из КГБ?
— Тихо ты! Откуда надо я, — в голосе мужика появилась эмоция.
А всё потому, что при моём слове «КГБ» от нас шарахнулась проходящая мимо парочка девушек, по виду азиатки. Наверняка, гости фестиваля, живущие тут же, в гостинице.
— Вера Игоревна где? Что за бардак? — обратился он к опупевшим от моей наглости тёткам.
— Сейчас приглашу, — тихо пролепетала одна.
Против ожидания обе мадам потеряли свой напор и наглость за одну секунду и не из-за звонка в милицию, а из-за этого дяди. Ситуация разрешилась за минуту. Вера Игоревна, стройная невысокая женщина лет тридцати, влетела воробышком в фойе и, услышав проблему, шепнула что-то тетке на стойке.
— Прошу прощения, молодой человек, сейчас всё исправим, — прочирикала она.
— И объяснительные напишите, — буркнул мужик.
— И мне? — пошутил я.
Ответа, конечно, не было, хотя в глазах мужика блеснула заинтересованность. Всё просто оказалось — забронированный номер был сдан кому-то. Ничего, поселят его в другой, например, в двухместный на мою забронированную койку.
Душ, потом притулился поспать, проснулся уже после обеда. Сидеть в номере скучно, собираюсь погулять, ещё бы костюм не забыть погладить. Заглянул в холодильник — там пусто, тоже мне номер высшей категории. Или прежний жилец всё схомячил?
— Экскьюзми, — услышал я голос молодого чернокожего парня, выходящего из двести первого номера.
Этот номер, судя по информации на стенде внизу гостиницы, был вообще трехкомнатный.
На плохом английском он спросил у меня, где можно купить вино и фрукты здесь в Москве.
— Вам — везде! — пошутил я и признался что сам я неместный.
Я уверен, сейчас в магазинах полно продуктов, ведь пыль в глаза пускать мы умеем со времен «потемкинских деревень», а то и раньше. Короче, взял я над Бобом шефство. Представился американцем, между прочим. На выходе тот притормозил, разглядывая красочный плакат в фойе гостиницы.